— Погоди, с тем самым, который…
— Да, который теперь возглавляет Черные кинжалы.
— Неужели он тоже все это пережил? Лучше б там и сгинул.
Дейлер усмехнулся.
— Определенно, тебе есть за что его ненавидеть, но я ему благодарен.
— Это еще почему?
— Он и Колин помогли мне бежать.
— Не думаю, что такая сволочь, как Сильвиан, способна на благородные поступки.
— О нашем побеге я мало что помню, только как сражался с Герсаном… — Дейлер всмотрелся в даль. — И у меня текла кровь. Сильвиан упоминал, что я его спас, не знаю, может, так и было, похоже, они тащили меня на себе, а потом бросили, я не знаю.
— Вот я же говорила, сволочь он и предатель! Я освобожу от него Кайвенгерн и отомщу за тебя, а может, хочешь сам?
— Успокойся, ты будешь слушать дальше или нет?
— Прости, не терпится ему голову разбить, конечно же, продолжай, я внимательно слушаю.
— Так, значит, оклемался я в чужом доме…
8. НОВЫЙ ДОМ
Дейлер проснулся неожиданно даже для себя. Видимо, благородная госпожа Смерть была крайне занята, и на его беспокойную душу ей не хватало времени. Голова трещала, в ушах стоял звон, тело болело и ныло, Дейлер хотел осмотреться, но глаза на пару с мозгом напрочь отказывались оценивать окружение, все расплывалось, кое-как Дейлер разобрал, что лежит в удобной кровати с навесом, напротив стоит стол с подсвечником из серебра, а чуть левее стоит трюмо, украшенное резьбой, и сундук. Дейлер закрыл глаза, расслабился, сон принял его, а он и не хотел сопротивляться. Ему снилось пышное застолье, вино, пироги, он ел кабана, потом закусывал укропом, запивал все это вкуснейшим медом, который подавали прекрасные служанки, именно так выглядит здоровый сон на голодный желудок. Дейлер пробудился уже в куда лучшем состоянии от луча света, назойливо светящего в лицо сквозь оконную раму. Он перевернулся набок, убрал лицо с пути солнца.
— О, проснулся наконец!
Теперь Дейлер осознал, что его лицо стоит на пути взгляда мужчины, развалившегося на стуле, словно царь. Голос и лицо были узнаваемы, даже очень знакомы, а вот взгляд нет, в нем чувствовался опыт, потрясение и страдание, так обычно смотрят солдаты, которым повезло многое повидать на службе.
— Клейнар? — Дейлер все же решил подстраховаться.
— А какой еще вороноборец будет тащить тебя на себе три дня, чтобы вылечить?
— Клейнар, как же я рад тебя видеть!
— Я тоже, дружище. — Он остановил пытающегося подняться Дейлера. — Пока лежи, ладно? Тебе здорово досталось. Расскажешь, кто тебя так?
— Я не помню. — Замотал головой Дейлер.
— Ясно, после возвращения с того света бывает. Я нашел тебя в лесу, раны у тебя были лютейшие, странно, что ты вообще живой был. Спасибо Анне, дала мне в дорогу отвар Блаквеста, с ним ты протянул еще пару дней, а там Харумонд своей магией помог.
Дейлер закрыл ладонями глаза.
— Магия? Харумонд? Ничего не понимаю! Где мы вообще?
— В моем замке, — в разговор вклинился бородатый мужчина в возрасте, мантия угольного цвета покрывала его тело, на груди висел серебряный амулет в виде яблони, яблоки на ней были из драгоценных гранатов.
— Это Харумонд, мой друг и твой спаситель. Если бы не он, ты бы так и помер.
— Спасибо вам, я ваш должник, — Дейлер благодарно кивнул головой.
— Да на здоровье, — Харумонд махнул рукой. — Мне не в тягость, хоть что-то интересное произошло, а то обычно тут от скуки повеситься можно. Лучше скажи-ка мне, раненый, чего это Страж делал в лесу?
— Я не знаю, смутно припоминаю, как мы бежали, нас было трое, потом бой и все.
— Бежали? — Клейнар прямо-таки вспыхнул любопытством.
— Долгая история.
— Выкладывай!
— Клейнар, знаю, ты давно не видел друга, соскучился, но ему еще нужно отдохнуть, у вас будет время поговорить за ужином, — снова вмешался Харумонд. — Я, кстати, тоже выслушал бы эту историю.
— Я вам ее расскажу за столом, может, что еще в голове прояснится.
Клейнар кивнул.
— Значит, до ужина, — подытожил Харумонд.
Ужин проходил в большом зале с огромной люстрой на потолке, она удивительным образом зажигалась сама, как только чья-то нога переступала порог. Трапезу нельзя было назвать обычной хотя бы потому, что все было как минимум необычно. Причудливые глиняные скульптуры красивых, иногда полностью обнаженных женщин, нагота у них была выполнена особенно старательно, во всех деталях. Оживленные магией Харумонда, они подавали на стол, играли на лютне, пели, готовили, танцевали. Еду подавали разную, Дейлер и Клейнар не знали, с чего начать, поэтому хватали и пихали в рот все, что попадется под руки, орудуя только вилками, другие столовые приборы они будто не замечали. Харумонда забавляло такое своеобразное бескультурье, он не мог винить их в этом, в конце концов, все едят по-разному, львы жадно вырывают мясо, а коровы мирно жуют травку, и какая разница.