— Погоди, солнце сядет, — Ярмик всматривался в даль.
— Эх, — вздохнул третий всадник, — там вон, в деревеньке, девки небось красивые есть.
— А то, сам видел, есть там одна, дочка старосты, кажись, Элен зовут, красивая, стройная, глаза зеленые, и груди есть, мне бы ее сейчас, — замечтался первый, — ух я бы с ней…
— Ярмик, ты куда собрался?
— В деревню.
— А Сильвиан?
— Успеем, сначала нужно вспомнить, как кровь пускать. Поехали со мной, подпугнем деревенских, что-нибудь подожжем.
— Остальные что, ждать будут?
— Да. Как, говоришь, ту девку зовут, Элен?
— Вроде.
— Имею ее первый, — Ярмик ударил коня в бока.
Его спутники переглянулись и пустились за ним. Многие из банды Сильвиана уважали Ярмика, а если не уважали, то боялись, даже называли Зверем, и он полностью оправдывал это звание. Любой спор с ним сводился к смерти, как правило, долгой и мучительной, быстрой она была, только если у него плохое настроение.
Ярко-оранжевый огонь осветил ночь. Сухие доски дома затрещали, исчезая в пламени. Деревенский портной Бальд со своей женой мигом выскочили из охваченного жаром и дымом здания, перед их носом пронесся человек на коне, он, посвистывая, стучал по голове дубинкой соседям, вышедшим тушить пожар. Ярмик и второй разбойник подстрекали того, что на коне, и хохотали.
— Эй, люди, берегитесь! — кричал Ярмик. — Ха-ха-ха!
— Топчи их к херам, че как баба! — добавлял второй.
— Сволочи! Вы чего устроили! — подбежал к ним Бальд.
— Мы развлекаемся, — ответил второй разбойник, — и я непрочь развлечься с ней.
— Охренел?! — Бальд загородил жену.
— А что такого, я просто отымею ее в том вон углу, хочешь — давай со мной, мы с ней будем только рады, да, голубушка? — он ущипнул за грудь жену Бальда.
Портной замахнулся кулаком, но удара не последовало, Ярмик успел сунуть саблю ему в живот, жена закричала, упала к мужу в истерике.
— Иди, Миркин, и ни в чем себе не отказывай.
Женщина завизжала, попыталась выбиться из хватки разбойника.
— Тихо! — Миркин успокоил ее, разбив губу кулаком. — Спасибо, Ярмик! — он схватил ее за волосы и потащил в темноту.
— Надо и мне чем-нибудь заняться, — проговорил Ярмик себе под нос.
Он подошел к ближайшему дому, выбил дверь.
— Ой, здрасьте…
Из дома послышался визг, детский плач, мужской стон, со звоном сабли все утихло, Ярмик вышел очень довольный. Ночка явно удалась.
— Что там творится? — матушка выглянула в окно.
— Создатель… — присоединился к ней отец. — Это же люди Сильвиана, паскудники!
— Элен, ты куда? Элен?!
Но ее и нового меча уже не было в доме, она выбежала на улицу, огонь перекинулся на соседние дома, дым от пожаров создавал серую пелену, тянущуюся по всей деревне, ночной воздух пропитался гарью. На Элен несся конь, всадник замахнулся дубинкой, она увернулась, точно как учил Дейлер.
— Эй, девочка, занята?! — крикнул ей Ярмик, вскрывая горло Яне, шестнадцатилетней дочери кузнеца. — Я тебя уже обыскался, красавица. — Он окинул ее полным голода и похоти взглядом, как бы оценивая. — И прям стройная зеленоглазая, золото, а не девушка, даже трогать жалко. — Он зашагал к ней. — Может, сама мне отдашься? А я тебя, скажем, не убью.
— Не подходи ко мне, — Элен обнажила меч, направила острие в сторону Ярмика, приняла боевую стойку — все, как учил Дейлер.
— У-у-у, бойкая, видать, люблю таких. — Разбойник улыбнулся, ночь скрывала его лицо, но желтые зубы не заметил бы только слепой. — Ну давай потанцуем.
Ярмик не хотел ее задеть, только напугать, он завертелся и замахал саблей по воздуху рядом с ней, демонстрируя свои виртуозные навыки. Элен, крепко сжав потную ладонь на рукояти меча, боязливо пятилась назад.
— Ха-ха-ха! — смеялся он над тем, как она неуверенно путается в собственных ногах.
Элен снова вспомнила уроки Дейлера, набралась решительности и сама скользнула под саблю, приняв удар на гарду меча, она быстро шагнула вперед, развернула запястье, махнула. Лезвие рассекло лицо Ярмика от бороды до лба по диагонали.
— Паскуда! — он закрылся рукой и отскочил.
Она ударила вновь.
Ярмик защитился почти вслепую, кровь мешала смотреть, он потерял равновесие и упал.
— Сука!
Элен занесла над ним меч. Стук копыт у нее за спиной, удар, боль в висках, секундное падение, звон в ушах, мрак в глазах, путаница в мыслях и резко тишина.
Солнце уже встало. Элен заворочалась, ее спина, от копчика до седьмого позвонка, проехалась по маленькому и очень острому камушку. Тугая веревка тянулась от седла, обматывала ноги в два слоя, еще один моток выполнял роль кандалов на руках. Лошадь и всадника, волочившего ее по земле, сопровождали еще двое коней и двое всадников.