- Подожди.
Офицер сбегал в гостиную и вынес оттуда свою старую акустическую гитару.
- Передай мой подарок. Я учил Анну играть, когда она была младше. Теперь, - он кивнул на свой гипс, - инструмент мне не скоро пригодится.
Зоран аккуратно обхватил деревянный гриф тонкими пальцами и снова улыбнулся.
***
Джонс заглянула вечером. Зоран как раз сидел у костра, слушая как Анна бренчит на гитаре в попытках спеться с уличными музыкантами – Свободными, зарабатывающими деньги, играя в подворотнях и парках. Он не без удовольствия отметил, что у девочки получается недурно.
- Шаман, есть дело.
Мужчина кивнул и прошел вместе с журналисткой в свой трейлер, дабы оставить их разговор приватным.
- Мой брат придумал, как взломать блокирующую программу на телевышке, - сказала
Джонс, как только дверь за ее спиной закрылась, - Так мы сможем открыть доступ ко всем существующим каналам.
- Похвально, - Зоран нахмурился. Он догадывался, куда клонит девушка, и ему это совсем не нравилось.
- Для того, чтобы все устроить, нам нужен план здания. Оно старое, а значит, данные наверняка сохранились в городских архивах.
- Ясно. А я тут причем?
- Только ты можешь помочь, архивариус.
Шаман вздрогнул.
- Больше нет, - холодно ответил он, - Теперь я вождь беспризорников, и прошлое города не входит в мою парафию.
- Но ты его все еще хранишь!
- Да с чего ты взяла?
Сара выразительно кивнула на оригинал Моны Лизы, висящий над его койкой.
- Помоги нам в благодарность за свое спасение.
Тишину шамановского трейлера разрезал хохот, заставший Джонс врасплох.
Зоран смеялся, но не так, как люди, услышавшие веселую историю. Его гогот был горьким, надрывным, почти что отчаянным. Так смеются те, кто слишком позно осознал свою ошибку.
Так смеются смертники перед плахой. Так смеются сошедшие с ума.
- Спасение? Разве я недостаточно за него заплатил? – мужчина сдернул свою повязку, уставившись на журналистку покрасневшим кровоточащим глазом. Его хохот прекратился, но уголки рта все еще растягивала подрагивающая злобная усмешка, - Все еще недостаточно?
Джонс промолчала. Она много раз видела людей, подобных Шаману. Тех, кто вынужден жить, скрывая собственную агонию. Кто стремится упрятать свое прошлое за семью замками, но неспособен при этом его отпустить.
- Я бы и так отдал тебе все, что попросишь, - тихо продолжил вождь свалки, немного успокоившись, - Вовсе не обязательно было напоминать мне о том, что я пытаюсь забыть.
- Так почему же не согласился сразу?
- Думал, что попросить взамен.
Сара вздохнула.
- Придумал?
Зоран загадочно улыбнулся, слушая доносящиеся из улицы звуки гитарных аккордов.
- Ага. Я попробую помочь, в обмен на одну услугу.
- Какую услугу? - нахмурилась девушка.
- Сначала ты должна согласиться.
- Шаман, - голос журналистки приобрел стальные нотки, - это так не работает.
- Значит, я пас.
- Хрен с тобой, - сдалась Джонс, - Одна услуга.
Зоран удовлетворенно всплеснул руками.
- Вот и отличненько! Прошу за мной.
Они миновали жилища Свободных – дорожные трейлеры, палатки и переделанные микроавтобусы – и приблизились к северной части забора, где стоял бесколёсный товарный грузовик.
- Ты хранишь все здесь? – Джонс скептически изогнула бровь.
- Это надежно! – Зоран указал на большой навесной замок и снял со своей шеи веревку с металлическим ключом.
Внутри железного кузова было все, чем дорожил мужчина. Все, что удалось спасти во время уничтожения архивов. Научные исследования в космической сфере, произведения искусства, созданные гомосексуалистами, документы, касающиеся исторических событий, о которых Канцлеру выгодно умолчать.
В свое время молодой архивариус поплатился за спасение этих вещей собственной кровью.
Мужчина прошел в самый конец грузовика – к стене с железными ячейками.
- Такс-с... - он провел в воздухе указательным пальцем, - Архитектурный план города – это сюда.
Зоран встал на колени, морщась от возвращающейся боли в костях, и зарылся в нижний ящик справа.
Джонс с интересом наблюдала за ним, стоя вдали. Она могла бы помочь, но Шаман наверняка вспыхнет, прикоснись кто к его бесценной коллекции.
- Драматический театр... - бормотал мужчина, перебирая бумаги, - Радиорубка... Музей... О! Здание телевышки!
Сара потянулась было за находкой, но Зоран быстро спрятал ту за спиной.
- Одна услуга. Помнишь?
- Да помню я, - девушка отобрала у него злосчастную папку.
Они покинули автобус, и Шаман снова запер замок.
Потом они закурили: Джонс – свою вишневую самокрутку, а Зоран – трубку, набитую какой-то травой.