- ТОМАС КРЕЙН! Успокойся. - Уже тише говорит Майкл, понимая, что добился нужного эффекта. - Она не дочь канцлера и явно не опасней змеи. Сара - обычная девушка. Так что допивай свой чай, и как только придёшь домой - попей ромашку. Успокаивает. И старайся быть самим собой.
- А я по-твоему что я сейчас пью? Уже литр третий - пытается улыбнутся Том.
Часть 8: "Ошибки прошлого"
Утро пятницы
Том впервые в жизни тупил, стоя у шкафа с одеждой. Вот в этой рубашке он уже был... про эту Майкл говорит, что он слишком "компактный" в ней. Но она ему к лицу...
Отодвигая очередную вешалку, актер удерживает валящуюся на него гору маек. Кое-как удержав всю эту кипу собратьев матерчатых, Том подбирает первую попавшуюся.
Сегодня день рождения Майкла, но Том прихорашивается не для него, а потому что ожидает встречи с Сарой.
Она уже несколько дней не отвечала ни на звонки, ни на то голосовое сообщение. И Том боялся того, что из-за глупой ошибки и сгоревших яиц он может потерять подругу снова.
Разобравшись с одеждой, актер уныло плетется к холодильнику, в надежде на то, что хотя бы еда добавит ему уверенности отослать подруге смс. Но замечая на столе две покорёженные кружки, актер поникает духом.
Подбирая небольшую кружку с обитой ручкой, актер залпом выпивает остывший кофе. С одной стороны это было глупо быть таким сентиментальным, но у Тома все как-то не поднималась рука выкинуть подарок мамы, украшенный рисунком в виде нежных ирисов.
Кружка же, которой в него запустила Джонс, больше напоминала флягу: помятые края, проступающие блестящие шрамы от отваливающейся хлопьями краски. Такой отлично можно отбиться от бандитов.
Разглядывая эти две кружки, актер непроизвольно сравнивает их с владельцами, от чего грустно смеется. Ведь и в правду. В этом мире сложно быть полноценным и целостным.
Переводя взгляд на контакт с номером подруги, Том так и не решается ей написать, но набирает номер друга.
- Алло, привет.
- Что-то случилось? - доносится на том конце голос Шиена.
- Нет, все нормально. Сара не звонила?
- Нет. Том, сына, чего ты так волнуешься? Встретишься с ней сегодня. Или позвони ей сам.
- Я ей звонил. Она не отвечает.
- Ну так может у нее работа? Насколько я понял из твоего рассказа – Сара постоянно занята.
- Ты не понимаешь! Я настолько облажался, что она меня даже на порог не пустит. Хотел как лучше, а получилось как обычно.
- Мдааа, Том, ты - дурак. И совсем не умеешь кадрить девушек. Поступаем так. Даешь ей остыть, и сегодня встречаетесь на вечеринке в театре. Там поговорите. Докажешь ей что ты "понторез", а просто ошибся. Ты же обычный парень. А потом, может получиться, выпросишь нормальное свидание. Только не начинай паниковать, если она откажет сразу. Я бы тоже погром на кухне не простил.
- Ладно, перезвони ей, пожалуйста.
- Хорошо
***
Вернувшись с очередной ночной вылазки, в процессе которой пришлось потягать ящики с лекарствами, Джонс валится от усталости. Сегодня ей удалось выкроить свободный день. От любой работы, как основной, так и на Сопротивление, так как она в прямом смысле уже не отличала реальность от сна, а вечером еще предстояла встреча с одноклассником.
С одной стороны хорошо было бы лично позвонить Тому и извинится за запущенную в него кружку и таки побеседовать о его отце, а с другой стороны - Джонс не хотелось сейчас с ним разговаривать.
Все, чего ей сейчас хотелось - это спать и есть. Но, так как пустой желудок был более слабым противником вырубающемуся "командному центру", Джонс на автомате заставляет себя сесть и снять толстовку, после чего спрятать ее под диван и отложить пакет с несколькими порциями шаурмы на тумбу, и тут же вырубится, как только ее голова касается кое-где продавленного матраса.
Просыпаясь, Джонс первым делом проверяет телефон. Пять пропущенных, три смс с глупыми извинениями от Крэйна и двадцатка уведомлений о новых письмах на почте.
До назначенного мероприятия была еще уйма времени, и Сара впервые не знала чем себя занять. Чем вообще занимаются нормальные люди в свободное время? Читают? Смотрят телевизор? Лазят в интернете? Едят?
Да, поесть бы сейчас не мешало. И желательно в тишине. Причем полнейшей. Или может быть откиснуть в ванной? Хотя можно совместить приятное с полезным и съесть свой завтрак, плавно перетекающий в обед, в ванной?
Скатившись с кровати, Джонс все же идет разогревать обед, параллельно переключая каналы.
Везде одно и то же. Сплошная пропаганда, сплошное вранье и вылизывание задницы канцлера Александра и короткие сводки новостей где за голову Архангела награду повысили уже в три раза. Вот только беда в том, что Голос Сопротивления никто не сдаст. Хотя бы потому что лишь четверо во всем «К» точно знали как этот чертяка выглядит. И в их верности сомневаться не приходилось.