— Они хотели жить поближе к дочке.
— Они тебе так сказали?
— Луиза поделилась со мной.
Николь выпила немного порто, но алкоголь как будто не действовал на нее. Ей не удавалось расслабиться. Тело словно застыло, она никак не могла согреться.
Внезапная смерть Жозефа потрясла ее. События такого рода обычно происходят с другими, знаешь, что такое случается на свете, но где-то далеко, с незнакомыми людьми, которые словно и не существуют вовсе, как персонажи фильма. Но здесь… Злой рок подошел совсем близко, предупреждая, предсказывая грядущие несчастья. По спине у нее пробежал озноб, она сделала еще глоток порто, но эффекта так и не почувствовала.
— В любом случае мне совершенно не понравилось вмешательство Мартина! И еще, мне не нравится, что он настолько завладел Матьё.
Даниель мягко покачал головой:
— Он вовсе не завладел Матьё.
— Чего ж тебе еще? Мальчик проводит с ним все свободное время!
Даниель отпил из бокала, не желая ссориться. Он подержал напиток во рту, проглотил, потом спросил:
— А ты уверена, что просто-напросто не ревнуешь?
Николь хотела сказать «нет», но она сама задавала себе этот вопрос столько раз, что не нашлась что ответить. Только покачала головой.
— Нет, — произнесла она наконец. — Не только это!
— Матьё растет. Он уже в том возрасте, когда начинаешь жить своей жизнью. Он скоро вылетит из гнезда, и мы ничего не можем с этим поделать. Это в порядке вещей. Сейчас около него находится человек в ореоле славы: бывший полицейский, проживший жизнь, которую двенадцатилетний мальчишка находит необычайной! Нормально, что Матьё к нему привязался. Но это не мешает ему любить тебя. Просто в подростковом возрасте мальчишки не хотят больше показывать свои чувства, им кажется, что это немужественно. Ты столкнулась с двойным феноменом: с одной стороны, твой сын сблизился с чужим человеком, а с другой — кажется — я повторяю — кажется, что он отдалился от тебя. Я допускаю, что ты, как мать, волнуешься. Но поверь, ты ошибаешься.
Николь должна была согласиться, что он, конечно, прав, но это не мешало ей страдать. У нее по-матерински сердце болело за сына.
Она страдала и боялась, думая о том, тот ли Мартин, за кого себя выдает, и не совершили ли они ошибку, впустив его в дом.
К счастью, Норбер Деллюк скоро соберет для нее информацию.
Раздался слабый стук в дверь гостиной, и они одновременно повернули головы. В дверях с растерянным видом стояла Луиза.
— Да? — спросила Николь, поднимаясь ей навстречу.
— Я хотела сказать… У меня есть несколько неиспользованных выходных, а дочка просит меня провести несколько дней у нее. И я подумала…
— Ну конечно, Луиза. Поезжайте. Мы справимся, не беспокойтесь. Сколько вы хотите дней?
— О, недолго, неделю или две…
— Нет проблем. Мы переживем…
Николь прикусила язык. Как это у нее сорвалось! Но бедная женщина не расслышала. Она была как в тумане от своего горя. Удар был настолько силен, когда с Жозефом четыре дня назад случилось несчастье, что она до сих пор не оправилась. Они были женаты сорок лет и провели последние годы, работая вместе. Оба были здоровы, еще не думали о смерти, несмотря на преклонный возраст. Они думали, что у них еще будет время немного пожить для себя.
И вот глупый случай разрушил все их надежды.
С тех пор Луиза жила словно под гипнозом. Со вторника она находилась под наблюдением врача, а потом приехала ее дочь и занялась делами. Николь подумала, что вряд ли Луизе хватит двух недель, чтобы оправиться от шока, если такое вообще возможно.
— Спасибо, — просто сказала Луиза.
Глаза ее вновь наполнились слезами, и, опустив голову и волоча ноги, она вышла из гостиной и направилась к себе в комнату.
Николь обернулась. Даниель оставался в кресле, пока она разговаривала с Луизой. Она увидела, что у мужа побагровело лицо. Нервным жестом он потянул узел галстука.
— Все нормально? — обеспокоенно спросила Николь.
Он кивнул с неуверенной улыбкой:
— Нормально. Просто немного переутомился. Я что-то плохо сплю последние ночи. Все эти события не способствуют. Хочешь, чтобы мы наняли кого-то, пока не будет Луизы?
Николь покачала головой:
— Я сама справлюсь! Я еще способна приготовить поесть на четверых. Если она будет отсутствовать дольше, тогда посмотрим, но до тех пор я буду ее замещать.
Даниель допил свое виски и поставил бокал на стол. Он вспотел.
— Ты уверен, что все нормально?
— Да, я, может, немного замерз на кладбище. Я позвоню на фабрику и скажу, что не приеду сегодня. Все равно никаких срочных дел нет.