- Хорошо, только быстро, - вздыхаю.
В спальне тихо, прохладно. Уютный ночник. Здесь действительно очень уютно, но спать вместе с ним я давно не могу. Просто из принципа! Секс, эти редкие случки, которые я ощущаю как долг. Свой супружеский долг перед ним. Происходят спонтанно. Далеко не всегда на кровати. Я давно узаконила, что если он снова меня наградит чем-нибудь… Я имею ввиду ЗПП. Разведусь! Не моргнув глазом.
- Ложись, - приглашает меня, откинув край одеяла.
Я со вздохом ложусь, закрываю глаза. Как покойник, жду участи. Ромик залазит с другой стороны:
- На бочок, - уточняет.
- В смысле? – открыв один глаз, я смотрю на него.
Окунев скинул штаны и укрылся.
- На бочок, спиной ко мне, - говорит, удивительно ласково.
- Это зачем ещё? – хмыкаю я.
- Ну, так, - пожимает плечом.
Я недоверчиво хмурюсь, но всё же решаю к нему повернуться спиной.
- На анал не рассчитывай, понял? – бросаю через плечо.
Он усмехается, подползает вплотную. Так, что я чувствую мягкость волос на груди. У Ромки они не такие густые и тёмные, как у Левона. Левон…
Только вспомнив о нём, я опять ощущаю обиду. Послезавтра. Остался всего один день! А я тут. Вместо того чтобы быть с ним, я тут. Лежу рядом с мужем. Но только Левон сам прогнал. Он сказал: «Уходи». Если первое «уходи» прозвучало достаточно жёстко, то последнее…
«Боже, последнее», - думаю я и кусаю губу. Всхлип, прорвавшись наружу, рождает ещё один. Я утыкаюсь в подушку лицом. Ощущаю, как Окунев гладит по шее, целует в плечо.
- Ром, ну не надо, - шепчу я сквозь слёзы, - Пожалуйста.
- А я и не буду, - ложится он рядом. Он просто ложится со мной на подушку. И дышит в затылок, и шепчет, - Поплачь.
- Не хочу, - говорю, а сама прижимаюсь щекой к насквозь мокрой подушке.
- Ну, не плачь тогда, раз не хочешь, - обнимает меня, - Тогда спи.
- Не хочу, - повторяю упрямо.
- Ну, что мне, сказку тебе рассказать? – усмехается Окунев.
Я молчу, ожидая.
- Ну, что ж, - он вздыхает, - Жила была девочка в платьице. И звали её как цветок. Она росла-росла, мечтала о сказочном принце. А ей встретился варвар. Разбойник из леса. Пришёл и забрал! Он не знал, как за ней ухаживать. Точнее, догадывался. Но почему-то всё время делал не то. И она постепенно завяла. Он поливал её, удобрениями разными задабривал, разрешал ей налево сходить.
Я напрягаюсь всем телом. Он чувствует это, но продолжает рассказ.
- Да, однажды пришёл другой принц, подул на неё, прочитал заклинание, а она расцвела. В сказках за такое казнят обычно, но главный принц решил пощадить свой цветочек. Лепесточки расправил, - сказав это, Ромик гладит меня плечу, - Поставил на солнышко. И стал любоваться.
- Так себе сказочка, - придирчиво хмыкаю я.
- Согласен, - усмехается Окунев.
- Учитывая, что у принца была целая клумба различных цветов, - добавляю.
- Маргаритка была самым главным из всех, - Ромик снова меня обнимает, - Давай спать?
- А как же супружеский долг? – уточняю я.
- Не сегодня, Марго, - шепчет мне на ухо, - Голова разболелась. Мигрень.
Я приглушённо смеюсь. Выдыхаю своё напряжение. Даже чуточку легче стало от этой его, совершенно бездарной истории.
«А, может, и правда, засну?», - закрываю глаза.
- Так я не понял, ты куришь? – сонно бормочет мне на ухо Ромик.
- Нет, - говорю, - Это так…
- Ну, смотри мне, - устало вздыхает, а затем добавляет, - Не то придушу.
[1] მე შენ მინდა [me shen minda] – в переводе с грузинского, «я тебя хочу».
Глава 23
К Егору мы теперь ходим, как на работу. Привычно сидим, ожидая, когда его длинный диван освободится для нас. Марина, его секретарша, уже знает мои предпочтения. И к нашему времени умудряется раздобыть ореховый раф. Стаканчик которого ставит на стол, рядом с нами.
- Спасибо, Мариночка, - улыбаюсь я девушке, - Ой, даже горячий ещё!
- На здоровье, - кивает она. Рядом с Ромиком ставит эспрессо. Через пару секунд появляется вазочка с конфетами.
- Спасибо, - Окунев тянется взять.
- Это мне! – подвигаю к себе.
- А не слипнется попка? – не стыдясь секретарши, бросает в мой адрес.
- Не волнуйся, потом разлеплю, - усмехаюсь в ответ.
Марина смеётся моей «скромной» реплике. Всё-таки, женская солидарность даёт знать о себе! Мне кажется, она симпатизирует мне больше, чем Ромику. Договорились с ним, если Егор не поможет, то следующим пунктом найдём терапевта, обязательно женского пола. И посмотрим тогда, кто кого!
Из кабинета Егора появляется пара. Цокая шпильками, она прижимает к себе плоский клатч. Он, пропустив свою спутницу, обречённо кивает Марине, и идёт мимо нас.
- Видала, какие люди тут лечатся? – самонадеянно хмыкает Окунев.
- Какие? – кривляю его.
- Приблатнённые, - отзывается он, - Не то, что ты у меня. Трясогузка!