— Удивлён вашей осведомлённостью, доктор, — хмыкнул капитан и кивнул. — Да, можно сказать, что так оно и было. — Теперь уже Лейт удивлённо посмотрел на Синклера, но тот не стал развивать тему своего прошлого, и Дорфф решил оставить вопросы на потом.
— Поскольку мои единомышленники, — с улыбкой разъяснил Леклер, — принадлежат к разным категориям граждан, они осведомлены о некоторых вещах, недоступных обычным людям. Видите ли, капитан, последние несколько часов наши дискуссии были так или иначе посвящены вашей персоне.
— Я… польщён, — откровенно улыбнулся Синклер, немного разряжая обстановку. — Да, я понял, к чему вы клоните, доктор. И… согласен с вами. Это, с позволения сказать, достижение науки… не должно попасть в руки тех, кто будет готов его применить к своему народу. — Атмосфера снова сгустилась, Леклер удовлетворённо кивнул и передал слово Боунсу, который расчехлил портативный планшет и вставил в него информационный кристалл.
Архив, который показали в своё время Лейту, как оказалось, был неполон. То, что сейчас они с Синклером наблюдали на экране, наглядно демонстрировали превращение обыкновенных людей в послушных роботов под воздействием Омеги-12. Боунс даже не отвлекался на комментарии специфических медицинских показателей, периодически мелькавших в записях. Синклер сидел неподвижно и заметно мрачнел с каждым новым кадром. Лейт испытывал почти физическое отвращение.
— Достаточно, — остановил учёных Синклер. — Можете считать, что вы меня убедили. Но я так и не услышал, что вы считаете нужным сделать с этими разработками.
— Мы считаем, что сам препарат и вся информация по нему должны быть уничтожены. Никаких копий, никаких записей. Мы бы хотели иметь возможность заставить забыть об этом тех, кто этим занимался, но, к сожалению, это не в нашей власти, — ответил до этого молчавший Кайлас. Было ли ему, бывшему члену правительства, сейчас столь же стыдно за своих коллег, как Лейту — за своих? Скорее всего. — Однако, — продолжал политик, — эти эксперименты и разработка достаточно сложны, чтобы при отсутствии образцов и записей восстановить их было… весьма нерентабельно. Это может занять не одно десятилетие и не будет стоить приложенных усилий.
Синклер кивнул, чуть подался вперёд, будто хотел что-то спросить, но передумал. Его намерение не ускользнула ни от Лейта, ни от Данема, который, не выходя из тени, будто читая мысли капитана, ответил на незаданный вопрос:
— Вы могли бы спросить нас о том, почему мы не предлагаем устранить людей, которые вели эти разработки. — Судя по лицу Синклера, Данем правильно понял. — Несмотря на то, что этот вопрос вызвал у нас наиболее бурные обсуждения, мы сошлись на том, что те принципы, которыми мы руководствовались, собирая нашу маленькую группу, не позволяют нам подобного радикального решения проблемы в случае, если это не является существенной необходимостью. Я был сторонником подобного решения, если это кому-то интересно, однако, мои м-м-м… коллеги убедили меня в обратном.
— Так я и думал, — кивнул Синклер и продолжил задавать вопросы. Множество вопросов. Когда будет осуществляться транспортировка, откуда, как… Часть ответов он уже слышал от Лейта, но продолжал копать. Не потому, что подозревал, будто беженцы что-то стали бы скрывать, а потому, что сам не знал, какой ответ сможет поставить всё на свои места. Пока что ни из уст Дорффа, ни от Данема, такого не прозвучало.
— Исходя из того, какие сроки требуются на то, чтобы свернуть лабораторию и подготовить образцы для транспортировки, мы вычислили тот промежуток времени, в который этот груз должен прибыть на станцию. Высока вероятность, что отправка будет откладываться до последнего. Этому есть основания, и я пока что воздержусь от их перечисления. Мы на 90 % уверены, что вирус на станцию ещё не прибывал.
Данем по памяти воспроизвёл статистический анализ, привёл выборку о возможном корабле, назначенном для этого дела. Но каждая ниточка, которую разматывал на их глазах Айзек Данем, рано или поздно заканчивалась тупиком.
— Единственное, что мы знаем с высокой вероятностью, это место дислокации корабля-лаборатории. Он там висит как станция и спокойно дрейфует. Но мы не можем проследить за тем, кто туда прилетает и улетает. У нас есть информационный канал, но… мы его не можем контролировать.
— Значит, мы встретим перевозчиков здесь, — уверенно отрезал Синклер.
Подобные операции должны быть очень хорошо скоординированы, — добавил Данем. — На мой взгляд, должен быть хотя бы один человек на таможне, который пропустит этот груз.