— Добрый день, Амелия, — сказал следователь, садясь на стул напротив. — Мы продолжаем расследование дела Луизы и её эскортной сети. К сожалению, её до сих пор не нашли.
Амелия кивнула. Слово «Луиза» всё ещё вызывало холодок в груди, но теперь он не парализовал её. Она внимательно слушала, стараясь контролировать дыхание и внутренние реакции.
— Здание эскорт-офиса опечатано, — продолжил следователь. — Документов там практически нет. Всё уничтожено: пожар, разгром, записи. Единственная видеокамера сохранила часть того, что происходило. На записи видно, как Луизм стреляет с пистолета, но в кого — неразборчиво. И на этом видео запись обрывается.
Амелия слушала спокойно, кивала, не перебивая. Она заметила, что может спокойно думать, задавать вопросы и анализировать.
— А сейф, флешки? — осторожно спросила она. — Может, что-то осталось в кабинете?
Следователь слегка покачал головой:
— Кабинет был полностью разгромлен. Документы сожжены, видеозаписей почти нет. Оставалось лишь то видео, которое я упомянул. Всё остальное уничтожено.
Амелия перевела взгляд на стол, пытаясь осознать масштабы потерь, но внутренний страх не захлестнул её. Она понимала, что теперь главное — действовать, собирать информацию и сохранять контроль.
Следователь сделал небольшую паузу, словно подбирая слова:
— Амелия, кстати, мы в курсе о вашем предстоящем выписке. Уже подготовлена квартира, где вы сможете жить после больницы. Всё оформлено, чтобы вы могли начать постепенно восстанавливаться в безопасной обстановке.
Амелия почувствовала, как внутри поднимается лёгкая волна облегчения. Ей не нужно было больше оставаться в пустой палате, где каждая тень вызывала страх. Её страхи ещё не ушли, но теперь была уверенность, что есть место, где она может жить, где её никто не тронет, и где она сможет восстанавливать силы.
— Спасибо, — тихо, но уверенно сказала Амелия. — Это важно.
Следователь кивнул, отметив её спокойствие. Он видел, что работа психолога дала результат. Теперь разговор шёл как рабочее взаимодействие, а не как столкновение с угрозой.
— Если будут какие-то новые сведения или всплывут детали, — продолжил следователь, — вы можете связаться со мной в любое время. Мы поддержим вас и обеспечим безопасность.
Амелия кивнула снова. Внутри неё медленно формировалось чувство контроля и понимания: страх ещё есть, но теперь он не управляет её действиями. Она была готова слушать, действовать и постепенно возвращаться к жизни.
Неделя пролетела незаметно. Для Амелии дни в больнице уже не были сплошной пыткой — занятия с Марго и психологом помогали. Каждое утро она вставала с усилием, но с каждым днём силы возвращались: руки медленно, но уверенно слушались, дыхание становилось ровнее, а глаза видели мир чуть яснее. Психолог продолжала аккуратно подводить её к мужской фигуре, к возможности управлять страхом. Иногда сердце ёкало, иногда ладони вспотевали, но уже не было паники, а была концентрация и борьба с собой.
В этот день в палату вошёл лечащий врач. Он держал в руках папку с документами, улыбка играла на лице, глаза были спокойны, уверены.
— Амелия, — начал он мягко, — у меня есть хорошие новости. Все ваши анализы в порядке, восстановление идёт успешно. Завтра мы можем вас выписывать. Поздравляю.
Амелия почувствовала странное смешение эмоций: радость, страх, обиду, удивление. Радость — что она жива, что тело снова слушается. Страх — впереди неизвестность, новые шаги. Обиду — на всех, кто бросил её, на тех, кто предал. И всё это смешалось, создавая тяжёлую и одновременно лёгкую комету внутри груди. Она кивнула, не зная, что сказать, но ощущая, что этот день — переломный.
— И ещё, — продолжил врач, — завтра к вам придёт следователь. Он будет сопровождать вас на квартиру, где вы проведёте некоторое время. Мы позаботились, чтобы это место было безопасным.
Амелия вдохнула, внутренне напряглась. Следователь… тот самый мужчина, который напугал её, задавал вопросы, показывал фотографии, требовал помнить, чувствовать, сопротивляться. Теперь же он будет частью её перехода в новую жизнь. Она почувствовала холодок, но понимала — иначе нельзя.
— Работа с психологом будет продолжена, — добавил врач, — скорее всего, специалист будет либо приезжать к вам в квартиру, либо вы будете приходить сюда на сеансы. Это нужно для того, чтобы окончательно проработать страхи, сохранить контроль и научиться жить.
Амелия кивнула снова. Смешанные чувства внутри неё — радость, опасение, предвкушение нового — создавали странное напряжение. Но впервые за долгое время она поняла: теперь всё зависит только от неё. Она сильная, хоть и раненая. Она не сломлена.