Вера продолжала ходить на лекции, однако время на подготовку к экзаменам было ограничено. Из-за недосыпа и постоянного беспокойства она часто пропускала занятия, что не прошло незамеченным для преподавателей. Некоторые из них не могли понять, почему Вера не может выделить время на учёбу, и начинали делать ей «замечания».
— Вы же пришли учиться, что бы в дальнейшем стать лучшим специалистом— говорила одна из преподавательниц с недоумением. — Как вы собираетесь справляться с трудностями профессии, если не можете справиться с учёбой?
Эти слова ранили Веру. Внутренний голос настаивал, что она пытается сделать невозможное, но в тот момент ей было трудно справляться с внутренними демонами. Ещё тяжелее было дома. Муж, работая полный день, не всегда понимал её чувства. Часто он возвращался с работы и уставал, помогать по дому или с ребёнком у него не хватало сил и терпения.
— Вер, ну я не понимаю что я — мужик могу дать грудному ребёнку? Я думаю в таком возрасте ты сама должна заботиться о малышке. А я не против помогать. Но сидеть дома пока ты учишься я тоже не могу. И потом у меня работа….Может тебе надо взять академ? — однажды спросил он с недовольством. Эти слова стали для Веры настоящим ударом. Она чувствовала себя одинокой и непонятой. В голове её крутились мысли о том, что, возможно, она делала что-то не так, и следовало бы выбирать между семейной жизнью и карьерой.
В какой-то момент ситуация изменилась благодаря поддержке родителей. Они заметили, как Вера изнемогает. Мама предложила помочь с внуком, а папа тоже был на подхвате, чтобы Вера могла сосредоточиться на учёбе. Эта поддержка изменила всё. Она смогла уделять больше времени учёбе, не беспокоясь о том, что её дочь останется без присмотра.
Вера не оставила свою мечту. Поддержанная родителями, она начала восстанавливать свой уровень успеваемости. Благодаря этому её уверенность вернулась, она начала находить общий язык с преподавателями и даже наладила отношения с мужем, объяснив ему, что ей нужна поддержка, а не осуждение. Он начал принимать участие в заботе о ребёнке, но это продолжилось не долго.
Артём возвращался домой с работы, и каждый раз его встречали не радостные объятия, а напряжённая тишина. Он видел, как изменилась его жена — потухший взгляд, круги под глазами, натянутая улыбка. Он пытался быть понимающим, говорил слова поддержки, но иногда срывался.
Тот вечер врезался в память Веры особенно отчётливо. Артём, уставший после тяжёлого дня, зашёл на кухню в надежде на горячий ужин. Тишина. Пустая плита. Рассерженно сведя брови, он спросил:
— А что ты делала весь день?
Эти слова ударили её, словно пощёчина. Обида поднялась изнутри, сдавила горло. Она хотела закричать, швырнуть что-нибудь, но вместо этого тихо произнесла:
— Классика жанра. Я читала такое на форумах. Видимо, они все считают, что декрет — это отдых. Артём ты как будто не знаешь, что мне очень сложно совмещать заботу о Милане и учёбу. Я не знаю что бы было если бы не помощь родителей.
Артём замер. В его глазах промелькнуло что-то похожее на раскаяние, но было поздно. Вера отвернулась, прижимая к груди малыша. Внутри что-то надломилось.
Глава XVIII
Следующие дни прошли как в тумане. Вера всё больше замыкалась в себе. Она отдавала всю себя ребёнку, растворялась в его нуждах, забывая о собственных. Артём пытался наладить контакт, приносил цветы, говорил ласковые слова, но что-то важное между ними было утеряно.
По ночам, когда малышка наконец засыпала, Вера лежала без сна, прокручивая в голове их разговор. Она пыталась быть сильной, сохранять семью, но доверие, которое раньше было таким крепким, теперь казалось хрупким стеклом, готовым рассыпаться от малейшего прикосновения.
Их близость оставалась, но стала механической, лишённой прежней нежности. Вера всё чаще ловила себя на мысли, что не хочет делиться с мужем своими переживаниями, страхами, надеждами. Она чувствовала себя одинокой в собственном доме, окружённой стенами непонимания и недосказанности.
Артём замечал перемены в жене, но не мог понять их причину. Он списывал всё на послеродовую депрессию, на усталость, но правда была глубже. Вера потеряла веру в то, что он действительно понимает, насколько тяжела её нынешняя жизнь.
И всё же где-то в глубине души она продолжала надеяться, что они смогут преодолеть этот кризис. Но для этого обоим нужно было сделать первый шаг навстречу друг другу.