...Я вынужден писать о спорте — в другом качестве меня печатают крайне неохотно. Для чиновников от литературы и редакторов я — «штангист», «чемпион мира», «тяжеловес» или просто «гиревик». Но мои книги — нечто более широкое, чем рассказы о спорте. Я бы сказал, в этих книгах спорт является лишь фоном, формальной привязкой, а на этом фоне решаются совершенно другие задачи и вопросы... вопросы духа, назначения воли, смысла жизни. Даже название моего первого, в значительной мере «ученического» сборника «Себя преодолеть» несет в себе совсем другое понимание жизни — разве там лишь один спорт?.. Прежде всего это преодоление себя ради определенных интеллектуальных ценностей. И при внимательном чтении встает неприглядное и жестокое существо большого спорта. Именно поэтому меня не упрекали, а поносили во всех рецензиях. Поносили за «сгущение красок», «искажение правды жизни», «отпугивание широких слоев молодежи от спорта», «насаждение вредных взглядов и идеологическую близорукость» и т.п. Но я-то прошел сквозь костоломку большого спорта и сознаю ответственность перед сутью дела. Раз сознаю — лгать не имею права. Лгать — значит на других навешивать дополнительные тяготы и беды. И даже когда слабость или усталость склоняют к покою уступок, все равно держусь. Не могу я подставлять других...
Я всегда считал, несмотря на глубокую любовь к физической деятельности и упражнениям, главным развитие интеллектуального и духовного в человеке. В данном случае гармония физическая есть подчиненная субстанция по отношению к гармонии духовной и умственной. Назначение человека — совершенствовать и расширять разум, знания. Все остальное должно быть подчинено этому. И спорт должен укреплять человека, помогать достигать эту главенствующую цель, а не разрастаться в нечто самостоятельное и самодовлеющее...»
Что такое спортивная пресса и какова ее объективность в оценке такого явления, как большой спорт, детский спорт больших результатов, допинги?
Вот отрывок из письма одного из сотрудников «Советского спорта» (теперь уже бывшего сотрудника), присланного мне в сентябре 1988 года:
«Интересы тех, кто занят большим спортом, в основном направлены на результаты, медали и, конечно же, на славу, исключая какой бы то ни было серьезный интерес, тем более жертвенный, стойкий, ко всему вне их. И дело не в каком-то особом эгоизме этих людей (хотя это именно эгоизм, и особенный, из-за чрезмерности амбиций, нездорового честолюбия, постоянной готовности и необходимости доказывать свою исключительность, непобедимость). Общество требует таких людей, создает условия для их расцвета и тем самым лепит, как средневековые компрачикосы, для своих нужд и потребностей».
А справедливость?
Справедливость самых обычных залов я познал, что называется, на собственной шкуре. Тысячи взбесившихся людей! Какой тут гуманизм! Давай победу своим любой ценой, но давай!
И часто такая цена окрашивается кровью и драками.
А вообще унизительно выходить на помост, дабы ублажать тех, кто пришел поразвлечься, иначе сказать, на зрелище: курят (сейчас, правда, курение преследуется, а в мою пору дымили всем залом), грызут вафли, хохочут, сосут пиво или что покрепче. Тогда выступление особенно пронимает. Какая уж тут воспитательная функция спорта! Ведь каждый выход на помост на чемпионатах и в турнирах — на грани жизни и смерти, только оступись, дрогни. И никому до этого дела нет, деньги за тебя и тебе уплачены... И все существует под видом того, что это нужно людям.
В годы выступлений меня всюду поражало именно это безразличие публики к цене рекорда, большого результата, которые не могут не угрожать здоровью, порой жизни. Выступая, я всегда вглядывался в зал: что там за люди?.. Этот вопрос часто возникает и сейчас.
Теперь о подлогах силы и мощи, подлоге идеалов, то есть о лицемерии и допингах, в частности анаболических стероидах.
Эти бесспорно ценные лекарственные препараты уже как препараты силы и толстых мышц сурово преследуются международными законами. В свою очередь, практика применения данных препаратов погрузилась в глубокое и темное подполье. Большой спорт научился обходить любые приемы антидопингового контроля, и потребители препаратов (из больших и малых спортивных звезд) стали фактически неуязвимы.
Большой спорт и культуризм на уровне разного класса чемпионов, а также обычный спорт, подчиненный спорту высших результатов, требуют препараты во все возрастающих количествах. Это делает допинговый бизнес лакомым для хозяев наркобизнеса. Таким образом, чума нашего времени — допинги — получает базу бизнеса от наркотиков: его сеть, отлаженные приемы защиты и вообще финансово-гангстерское обеспечение.