Старая подкова сначала становится слитком, потом шаром. Гэрон рассказывает о формах, о том, как настроить разум для создания совершенной фигуры. Рассказывает об огненной силе. Управлять пламенем это не только создавать пожарища или плавить металл, но так же это умение лишать тепла. Ведь не существует стихии мороза, однако мороз существует. Добавив в рисунок пару формул он учит Бэт менять структуру металла.
— Это уже почти алхимия, но у тебя получится, только уже, наверное, не сегодня.
Бэт даже не замечает, как вымоталась, пока Гэрон не останавливает её колдовство. Сколько они здесь просидели? Все уже ушли. Сразу наваливается усталость, ещё немного и она заснёт прямо здесь.
Гэрон резко подаётся вперёд и целует её. Бэт не успевает ударить, слишком заторможена, она шипит злясь, но Гэрон только смеётся.
— Я, вообще-то, силой с тобой делюсь, а то до спальни нести придётся.
Бэт действительно чувствует, что слабость чуть отступает.
— Не было другого способа передать силу?
— Другие не такие приятные, — скалится Гэрон и его хочется задушить прямо на месте.
— Я пойду.
— Пошли. Все уже спят, не стоит их будить.
Гэрон манит Бэт за собой и она не не находит в своей затуманенной усталостью голове причин ему отказывать.
Во всяком случае сегодня.
8. Воплощённый демон
Бэт не может вспомнить, как засыпала, кажется она вырубилась ещё на лестнице.
Она медленно потягивается и встаёт, осматривается. Гэрон кормит своего зомби вчерашним мясом.
Немного жутковатое зрелище. Зомби жуёт очень медленно и абсолютно безразлично, как кукла.
Да, собственно он и есть кукла, только из мёртвого тела.
— Проснулась? — Гэрон ослепительно улыбается. — Последние ступени тебя пришлось таки нести.
Конечно, он не может не поддеть.
Лучше бы просто молчал.
— Впервые вижу зомби, которого нужно кормить, — Бэт переводит тему.
— Он не совсем зомби, не в прямом смысле слова.
— А кто?
— Воплощённый демон. Тело живое, это не зомби, я только чуть замедлил метаболизм. Он не тратит много энергии, всегда словно бы в полусне. Это достаточно удобно, но кормить хотя бы один раз в день всё равно приходится.
— Зачем он тебе такой? Хотя… не отвечай, я не уверена, что хочу знать.
— Боюсь представить о чём ты подумала, но отвечу всё равно, это тело моего друга, он погиб в бою, теперь я хочу его вернуть.
Она смотрит на него недоверчиво.
— Ты говоришь о воскрешении? О настоящем воскрешении?
— Да.
— Но… это же невозможно!
— Ничего невозможного нет.
Ей просто нечего на это сказать. Гэрон не допускает даже мысли о своей неудаче. Бэт видит его сейчас с другой стороны. Да он придурок каких поискать, но… он верный друг, который пойдёт на что угодно. Она не знает хорошо это или плохо. Почему-то она уверена, что он легко убьёт ради того, кого считает семьёй.
Даже сам умрёт.
— Почему ты так на меня смотришь? — Гэрон следит за её меняющимся взглядом, но не может его расшифровать. Как жаль, что он не умеет читать мысли.
— Ты не такой, каким показался мне.
— Первое впечатление часто обманчиво. Надеюсь ты думаешь обо мне теперь что-нибудь хорошее?
— Думала, пока ты не заговорил.
— Ты ранила меня в самое сердце.
— Я старалась, что там с алхимией?
Гэрон улыбается и вытаскивает из потрёпанной сумки чистый свиток. Так удобнее чем на песке.
Конечно овладеть новой наукой за один день Бэт не может и Гэрон заняв у неё силы сам формирует новые петли для ворот. Для них приходится порыскать в поисках ешё подков и сломанных ножей, даже ручка от старого ведра идёт в дело, но результат стоит того. Ворота становятся ровно, открываются легко и даже не скрипят.
— Забавно выглядит рядом с дырой в стене, — ухмыляется Гэрон.
— Ты не можешь видеть хорошее, да?
— Могу, пока не показывают.
Бэт фыркает раздражённо, но ничего не говорит, к ним через весь внутренний двор спешит Шейс.
— Я нашёл лабораторию какого-то колдуна. Там пахнет, как в подвале, — с ходу выдаёт кот. — Пойдёшь?
— Конечно!
Бэт остаётся. Ей не интересна тёмная магия.
— Смотри.
— Тихо-тихо, не хватай, ещё активируются, — Гэрон бережно забирает у Шейса связку амулетов, они опасно трещат, но в руках некромага затихают.
— А разве их так легко активировать?
— Эти — да. Они старые, сдерживающие чары уже почти не работают, займусь ими позже. Подай мою сумку.