— Ты разбудил меня достаточно рано, у нас полно времени.
— Демоны… ладно. Мне нужно найти Сэда. Он сейчас там, во всяком случае должен быть. В идеальном сценарии я с первого раза нахожу его и зацепив вытаскиваю в наш мир. В чуть более долгом варианте я успеваю найти его и сказать, что вытащу, что я уже нашёл способ, он должен знать и не терять надежду.
— А если ты его вовсе не найдёшь?
— Значит завтра ты убьёшь меня опять.
— Даже не знаю что тебе сказать. Мы в подвалы?
— Да. Там будет проще всего.
Гэрон немного не доходит до того места, где сражался с огромной змеёй. Здесь ещё сохранился хорошо заметный путь в Маурос, кто-то довольно давно старательно его протоптал.
— Тебе нужна какая-то подготовка? — Шейс нервничает. Гэрон почти видит, как тенью сквозь его образ проступает истинная хвостатая ипостась.
— Нет, не нужна. Бей.
Маурос мгновенно обступает со всех сторон. Боли нет. Умирать легко. Привычно. Гэрон осматривается. Снег большими хлопьями кружит вокруг. Красиво. Лёгкий далёкий гул немного давит, но Гэрон не обращает внимание. Он осторожно прислушивается к своим ощущениям. Пытается понять, как искать. С демоном было проще. Искать одну единственную, совершенно определённую душу среди сотен и тысяч таких же — гораздо труднее.
— Сэд? — он зовёт и голос его стирается сухим ветром, исчезает, но ему кажется, что через мгновение этот же ветер приносит тихий ответ.
Он не успевает позвать второй раз.
Его дёргает куда-то в сторону и ослепляет тьмой.
Больно.
Гэрон оказывается уже забыл как это — умирать.
— Эй! Гэр! Эй! Дыши!
Шейс паникует, трясёт его, словно это может помочь.
Гэрона прошибает холодом и он судорожно глотает пыльный воздух. За первым вздохом — второй. Уже легче.
— Чёрт, это было слишком быстро.
— Быстро? Я не мог вернуть тебя почти пятнадцать минут!
Плохо.
Раньше время шло иначе и минута в реальности — в Мауросе могла растянуться на час.
Теперь всё было наоборот.
Гэрон досадливо кривится.
— Что-то пошло не так? — Кот всё ещё нервно сжимает ритуальный нож, но постепенно успокаивается.
— Да, время. Обычно одна минута здесь, в реальности, равнялась как минимум двум минутам в Мауросе. Сегодня пятнадцать минут реальности превратились в одну минуту. В одну, понимаешь? Что можно успеть за минуту?
Гэрон бьёт кулаком по полу. Злится.
— На самом деле очень много. Минута — это почти вечность, если смотреть на неё со стороны искры вылетевшей из костра, — философски замечает кот.
— Я не искра.
— Тебе просто кажется, что нет. Ты точно также вспыхиваешь и гаснешь. Даже твоё мнимое бессмертие для кого-то лишь миг. А по поводу именно твоей минуты… смирись, просто изменились правила игры.
10. Страх рождает неизвестность
Бэт не может погасить закипающую внутри неё ярость. У неё вообще проблемы с контролем гнева, а этот поцелуй ярким ощущением на щеке только подливает масла в огонь. Непревзойдённый талант выводить её из себя одним словом, жестом, своим существованием.
— Чёртов некромаг! Почему он не может оставить меня в покое?
— А чего ты ждала, когда соглашалась стать, хм… его? — Отстранённо спрашивает высокая светловолосая девушка, она вдумчиво заплетает оконный проём нитями чистой энергии. Трудоёмко, зато дуть точно не будет и не пропустит ни одно заклинание. И щит и окно.
— Не знаю, это было спонтанно. Шейс сказал, что нам нужен некромаг и…
— И у тебя опять взыграло это твоё нездоровое желание жертвовать собой, да?
— Я действовала под влиянием момента. Некромаг ведь у нас теперь есть.
— Ага, и ты есть у него. Хотя конечно не то чтобы это проблема, он симпатичный.
— О, замолчи, Эм.
— Но не отрицаешь, что симпатичный, — она расплывается в хитрой улыбке.
— У него язык змеи.
— У тебя можно подумать нет. Замути с ним, и он сразу сбежит, как это всегда происходит. Хотя этот может и останется, но всё равно замути.
Повинуясь внезапному творческому порыву, Эмилия складывает нити цветочным узором.
— Лучше б он меня в жертву принёс. Быстро и без проблем.
Эм рассмеялась доплетая последнюю нить.
— Всё, тут я закончила, теперь ты.
Бэт осторожно касается стены, на кончиках пальцев вспыхивает голубоватое пламя, оно мягко впитывается в холодный камень стен, растекается под ним высвечивая изнутри и рисует сетку сосудов, которые были зашиты в камень ещё при строительстве и частично разрушились за давностью лет.
— Здесь неплохо, всего один разрыв.