Сколько ещё таких вот цветочков интересно? Тех, кто воевать не умеют и в случае чего будут лишь балластом?
— Хорошо.
Парнишка чуть не кричит от счастья. Гэрон усмехается. Манит за собой.
— Начнём с простого. Будем делать амулеты.
На следующий день к Гэрону прибежало ещё трое подростков. Стоило не убить первого и всё. Все дети у него в башне.
— Никого не пускай, скажи всем чтоб не лезли, — ехидничает кот перекладывая какие-то бумаги на столе. Гэрон только что разогнал непрошенных учеников раздав им домашнее задание. До завтрашнего утра будет тихо.
— Я это не планировал.
— Я не осуждаю, наоборот! Очень здорово, что ты взялся их учить. Подумываю всех старших задействовать в учительской деятельности. За одно сейчас эти дети начнут активно качать источник.
— Сколько таких? Я думал здесь все практикующие.
— Эм… — кот стушевался. — Так уж вышло, что фактически, боевых у нас здесь двадцать единиц. С тобой двадцать одна.
— А остальная толпа лишь носители дара? Хорошо если с раскрытым потенциалом, да?
— Угу.
— Вы не выживете. Весной вас сметут.
— До весны ещё есть время. Ну, и именно поэтому ты нам нужен.
— Да уж. Организуй всех так, чтобы завтра на рассвете все были во внутреннем дворе. Протестирую их, разобью на группы. Готов вести курс ментальной магии?
— Я?
— То есть я в роли учителя тебя ничуть не задевает?
— Ты удивительно хорошо влился.
— И ты вольёшься.
С тёплой одеждой у ребят было тяжело. Гэрон подумал, что выгонять их всех на улицу было немного жестоко, но он не мог предсказать как срезонируют нераскрытые способности. Могло и взорвать.
— Выстраивайтесь в линию и по очереди ко мне в центр. Хорошо запоминаем, что я говорю. Второй раз тестировать не буду. Как только закончили можете идти в общий зал.
Нераскрытые способности можно спровоцировать. Один тонкий удар и ответ не заставит себя ждать.
— Будет больно? — чуть дрогнувшим голосом спрашивает хрупкая на вид девчонка кутающаяся в одеяло.
Гэрон кривится. Правильного ответа на этот вопрос нет.
— Не дёргайся.
Гэрон кладёт ладонь ей на лоб и сформировав энергетическую иглу — бьёт. Его тут же опаляет почти белыми языками пламени.
— Стихийник. Огонь. Шесть.
Коротко выдаёт характеристику Гэрон.
— Следующий.
Стихийников много, но есть и перспективные телепаты. Всем будет чем заняться.
Гэрон вымотался ещё в середине длинной очереди детей и подростков. Мальчишка, который пристал к нему первым оказался элементалем, во всяком случае у него были все шансы раскачать дар до этого уровня. Гэрон подумывал заняться им отдельно. Элементали — это интересно.
— Ты как? — Шейс знает ответ на свой вопрос, но всё равно спрашивает. Гэрон пожимает плечами и кривится. Он не очень и это видно.
— Отосплюсь. Только домашку проверю.
Шейс тихо смеётся. Самый ответственный учитель некромаг.
— А ты не смейся, а готовь программу, у тебя телепатов штук десять точно, за три месяца из них нужно сделать достойных бойцов.
— О, даже не напоминай.
Теперь Гэрон смеётся.
— Не одному же мне страдать.
— Ты в это ввязался сам!
Гэрон ничего не отвечает, ему правда нужно проверить домашку и наконец уснуть.
Некромагии Гэрон не учит, хоть его и просят на все голоса, но это не те умения, которые стоит передавать всем желающим. Разве что Бэтти, её он бы научил паре заклинаний, но она даже мысли не допускала о том, чтобы работать в эту сторону. Заставить её Гэрон не мог.
Еда для лошадей кончается на третью неделю зимы. Гэрон отменяет свои занятия и идёт в конюшни один.
Не самая приятная работа, но это лучше, чем они умрут от голода.
Гэрон убивает и изменяет их по очереди. Ничего, так они даже лучше, более выносливые и долговечные. Теперь эти лошади не боятся голода, холода и даже ранений. Фактически они зомби с энергетическим центром в виде низшего демона. Обычно так не делают, но Гэрон не считает это пустой тратой энергии. Он ценит налаженные системы, которые могут работать без пристального внимания создателя.
Постепенно всё налаживается. Первые шкуры удаётся вывезти в ближайшую деревню и обменять на крупу и фруктовые закрутки.
Великая ценность самое обычное варенье.
Время идёт быстро. Гэрон почти не замечает его бег, но чувствует. Больше задерживаться нельзя. Он уходит тихо, когда дни растягиваются и солнце начинает греть. Он больше не может позволить себе оставаться в уютном тепле большого полного жизни замка. Сэд молча следует за ним, хоть и явно не горит желанием ночевать в сугробах, но кто будет спрашивать демона?