— Ты что, ей подсыпала что-то?
Солей засмеялась:
— Не подумала! А можно было бы! Значит, я там пробуду не меньше часа. Хватит?
— Нет, не могу! Я об этом сегодня весь день думала — просто не могу! Это она так может, а я нет.
Тут вернулся Франсуа, бросил вязанку на пол.
— Месье Франсуа! — послышался из-за занавески томный голос хозяйки.
Франсуа с готовностью подошел к занавеске, приоткрыл ее.
— Да, мадам?
— Здесь так холодно. Может, отдернете занавеску, впустите немножко тепла?
— Разумеется, — согласился Франсуа.
— Как там, холодает?
— Вроде бы да, мадам.
Селест ярко представила себе, как она там ему сейчас улыбается. По голосу не скажешь, что больна.
— У меня прошлой ночью здесь вода замерзла. Вы сегодня присмотрите, пожалуйста, за печкой, чтобы не погасла.
— Ладно, — пообещал Франсуа. — Лишний раз встану. Сейчас еще вязанку притащу.
— Ой, спасибо, спасибо! И еще, месье Франсуа, если уж будете вставать, загляните ко мне. Вы меня не побеспокоите, правда. Проверьте, как вода… не замерзла ли…
На сей раз Франсуа отозвался не сразу, но в конце концов, решился:
— Как вам угодно, мадам.
Солей и Селест едва дождались, пока за ним захлопнется дверь.
— Ну, какова! — воскликнула Селест. — У меня просто слов нет!
— Видишь? Она не успокоится, пока его к себе в постель не затащит! Если он тебе не безразличен, спаси его от этого, ради Бога! Ведь она ему сразу объявит, что у нее от него ребенок, и он сразу на ней женится! А что это будет за жизнь для него! Она им будет помыкать, никто из приличных людей с ним общаться не захочет! И ты будешь во всем виновата!
— О чем это вы там шепчетесь? Что такое? — послышалось из соседней комнатушки.
— Ничего, ничего. Это мы о погоде! — ответила Солей. — Вода закипела. Не хотите ли чаю?
— Спасибо, пожалуй, — согласилась Одетта.
Селест сидела ни жива ни мертва. Никогда не думала, что ей придется спасать мужчину таким образом. Вид у нее был такой, что вошедший Франсуа озабоченно спросил:
— Что случилось?
Селест пробормотала:
— Нет, ничего, — кружка в ее руке предательски задрожала.
Попили чай, начали стелить постели, и вот тут-то Солей как бы между прочим заявила:
— Я, пожалуй, завернусь потеплее и посижу у вас, мадам Одетта, пока вы не уснете.
— Ой, не надо, не надо! — сразу же запротестовала та. — Со мной ничего серьезного.
— Я тоже так думаю, — заверила ее Солей, решительно проходя в ее альков. — Но зачем рисковать? Посижу здесь в уголочке часок-другой. Увижу, вы спите и жара нет, тоже пойду лягу. А если проснетесь и что-нибудь вам понадобится, зовите меня, не стесняйтесь. Вы уже давно лежите, спина у вас не затекла? Хотите, разотру? Мама говорила, что это у меня хорошо получается.
— Спину? Это неплохо. Но что же, вы из-за меня бодрствовать должны?
На этот раз Франсуа перехватил красноречивый взгляд сестры, обращенный к Селест, и Солей решительно опустила занавеску — это не для мужских глаз.
— Что это значит? — недоуменно спросил он.
— О чем это ты? — ответила вопросом на вопрос Селест, налила горячей воды в таз и поставила его на стол. — Хотела бы помыться, если не возражаешь. Отвернись, пожалуйста!
Франсуа захлопал глазами, потом пожал плечами:
— Валяй! Мне-то что? — отвернулся и добавил: — Я спать ложусь. Мойся, сколько угодно.
Сердце у Селест билось в груди как птица в клетке. Она быстренько ополоснулась, время от времени тревожно оглядываясь, не подсматривает ли он. Теперь что делать? Вообще-то спать хотелось, но ведь эта Солей не отстанет…
— Селест, возьми это! — это Солей ей чашку чая протянула. — Ну-ка, давай! — Это она уже произнесла шепотом.
— Я не знаю, что делать, — ответила Селест тоже шепотом ей прямо в ухо.
— Залезь к нему под одеяло, и он все сам сделает!
Селест с опаской глянула на закрывшегося с головой Франсуа. Наверняка еще не спит — не мог так быстро заснуть.
— А вдруг он тоже не знает, что делать? — прошептала она жалобно.
— Знает, знает, — заверила ее подруга и исчезла в комнатушке хозяйки.
В душе Селест начал просыпаться гнев. И что это она командует? Солей всегда ее заставляла делать то, чего Селест вовсе не хотела: на деревья забираться, по бревнам ходить — однажды она с него в ручей свалилась, зеленые яблоки есть — обеих потом несло. Прямо как Антуан с Франсуа… Франсуа… А ведь так хочется к нему! Ну почему она такая трусиха? И ведь к тому же надо его от этой твари спасти… Он, конечно, зайдет, как сказано, к ней — воду проверить, это же надо такое придумать! Она протянет руки и… Дальше воображение Селест уже не шло, но с телом стало твориться что-то невообразимое: соски набухли, внизу живота все как пламенем занялось…