От отчаяния я ударила кулаком по подушке. Выдержит ли моя психика такое испытание? Смогу ли я перенести эту сокрушительную атаку судьбы или буду придавлена ее ударной волной? Что будет со мной, если я не смогу понести от мерзкого Императора? И что случится, если забеременею? Смогу ли я выносить ребенка от существа другой расы? Не лишат ли меня возможности видеть свое собственное чадо или выкинут меня, как ненужный более элемент, оставив мое дитя на воспитание ничтожным и бездушным пришельцам? Я не знала ответы на все эти вопросы. Проплакав несколько часов, я все же провалилась в спасительный сон. Нужно было набраться сил перед неизбежностью завтрашнего дня.
Когда я открыла глаза, комната была залита ярким фиолетовым светом, и я не сразу поняла, в чем дело. Только лишь подойдя к окну и уставившись в удивлении на великолепное лиловое солнце, освещающее изумительный лес, я поняла, что цвет здешнего светила отличался от нашего. Природа была невообразимой красоты и при свете дня она выглядела еще более чарующе, чем ночью. Я успела разглядеть несколько видов дынных деревьев с массивными стволами, покрытыми красными рубцами. Листья папайи были такими же, как на Земле, причудливо изрезанными с длинными черешками. Однако созревшие плоды дерева были не желто-рыжего цвета, как у нас, а скорее киноварного или даже малинового. В момент, когда я разглядывала обильно цветущие азалии всевозможных цветов, я вдруг дернулась от ощущения чьего-то пристального взгляда за моей спиной. Обернувшись, я уставилась в проницательные бирюзовые глаза Аарона, снова одетого во все черное, но сегодня вместо камзола он надел водолазку и длинную юбку, разлетающуюся книзу, открывая обозрению мощные ноги, обтянутые лосинами.
-Какое решение ты приняла? – без колебаний холодно спросил он. С первой секунды по нему было видно, начни я сопротивляться, через минуту на моих глазах состоится казнь одного из моих коллег. Я сглотнула.
-Ты не оставил мне выбора и получишь то, что хочешь, - выдавила я. – Но ты должен знать, что это насилие еще обернется тебе боком.
Я не удержалась, я должна была хоть как-то выразить свой протест, но мои угрозы прозвучали неубедительно. Что могла сделать я этим всемогущим иномирцем?
Аарон ухмыльнулся.
-Я рад, что ты проявила благоразумие.
-Но ты должен обещать мне, - перебила его я, - мои друзья должны быть в безопасности.
-За это не волнуйся, я отправлю их кормить претонов, будут таскать им ведра с едой и сами заодно не подохнут от голода. На большее эти особи не сгодятся.
Аарон снова хмыкнул, выражая презрение к судьбе моих соплеменников.
Меня накрыло волной отвращения. Какой же он был жестокий и бесчеловечный. Я сжала кулаки и в ярости уставилась на него. К своему удивлению, я ощутила внутри моего врага нечто, напоминающее замешательство.
-Ты так злишься из-за этих презренных, - сказал он подозрительно, - неужели кто-то из них твой муж или любовник?
Этот уничижающий тон в сторону моих коллег еще больше меня разозлил, и я выпалила:
- У вас тут переживают только за тех, с кем спят?