Я едва успела сделать десяток шагов, как вдруг чья-то железная рука резко схватила меня за талию и дернула назад, прижимая меня к себе. Это был человек, но даже спиной я могла понимать, что его габариты сильно отличались от моих. Я могла слышать его дыхание над моей макушкой, и я поняла, что он был громадного роста. От страха я закричала и попыталась выбиться, однако его вторая рука внезапно дернула меня за плечо, и незнакомый субъект развернул меня к себе лицом, приподнимая в воздухе так, словно я ничего не весила. Это я-то, сто восемьдесят сантиметров росту.
В страхе я уставилась в лицо взрослого мужчины, глаза которого горели аквамариновым светом даже в темноте. Энергия, исходившая из них, была жесткой, и, казалось, он был способен залезть своим внутренним взором прямо мне в сердце. Его кожа была аккуратно выбрита, оставляя щетину на нижней части щек, под и над губами. Жесткая линия подбородка выдавала волевую натуру. Опасный блеск глаз напоминал хищника на охоте, а удлиненные черные, ниспадающие на лицо волосы, развивающиеся на ветру, выглядели, как крылья мечущихся воронов. Пухлые губы были слегка поджаты, выдавая напряжение их владельца. Я не знала, что мне делать, поэтому замерла на несколько секунд, продолжая пялиться на незнакомца. Но через минуту я, наконец, начала ощущать боль в плечах от железной хватки его огромных рук и, словно вспомнив, что я умею говорить, тихо выдавила:
-Мне больно.
Мои слова остались без понимания, и я осознала, что на моем языке он явно не говорит. Я попробовала пошевелиться в надежде, что до моего пленителя дойдет смысл моих жестов и это сработало. Мужчина поставил меня на землю, одной рукой, однако, взяв меня за шею. Мне не было больно, но я понимала, как белый день, что означал этот жест. Это было выказывание власти. Моя жизнь сейчас была в его руках и от него зависела моя дальнейшая судьба.
-Бона морано шушло сама, - сказал он и от его уверенного низкого голоса по моей спине пробежал холодок.
Несколько раз моргнув, словно приводя себя в чувства, я покачала головой, давая понять, что ничего не поняла.
-Я не понимаю, - сказала я, сглатывая слюну.
Неожиданно справа послышался шум, и краем глаза я увидела вышагнувших прямо из пространства около пяти таких же, как и мой пленитель, здоровых мужчин, двое из которых буквально швырнули на землю двух моих спутников, Эмиля и Аркадия Петровича. Уфолог громко вопил, а пожилой ученый поправлял сбившиеся очки, вероятно, желая получше рассмотреть тех, кто взял их в плен. Я хотела повернуть голову в сторону моих коллег, но мужчина, держащий меня, этого не позволил, сжав мое горло сильнее, что-то сказав при этом своим. Я услышала глухой удар и крик Эмиля, которого явно стукнули, вероятно, чтобы он потерял сознание и перестал кричать. И действительно, последний затих, падая вниз. Я задрожала от сцены насилия, которая разыгралась перед моими глазами и от боли в шее мои глаза наполнились слезами.
К моему удивлению мой спутник, будто почувствовав это, отпустил меня и резко прижал мое тело к себе. Мое лицо врезалось в его железную грудь, плотно обтянутую мягкой черной тканью. Я глубоко вдохнула воздух, упираясь руками в незнакомца, не в силах оттолкнуть его. Меня захватило в облако мощнейшей энергетики, исходившей от его тела, и я опешила. И тут это произошло. Все вокруг снова стало размываться, и буквально через мгновение картинка черного леса сменилась на ярко освещенный зал больших размеров. От неожиданного светового контраста я сощурилась и открыла глаза лишь тогда, когда поняла, что меня отпустили. Не успев осмотреться, я в страхе дернулась в сторону от моего пленителя и уставилась на стремительно приближающуюся к нам фигуру нового мужчины, одетого в длинный золотой пиджак и такого же цвета чалму, по центру которой возвышалась сияющее золотое солнце, инкрустированное различного цвета драгоценными камнями. Этот восточный тип одежды вызвал у меня удивление, но еще в больший шок меня повергло то, что произошло дальше. Я увидела, как прямо рядом со мной из воздуха вдруг появились мои коллеги, которых пихнули ко мне их мучители и всех нас толкнули вниз, заставляя упасть на колени, вероятно, перед тем мужчиной, который направлялся к нам.