-Ты в порядке? – спросила я осторожно, чувствуя, как его энергия излучает сильную душевную боль. Мое сердце тут же застонало в ответ.
-Зачем ты пришла? – спросил он немного грубовато, но без злости, словно на нее у него не осталось сил.
-Хотела узнать, собираешься ли ты возвращаться в хижину.
-Нет, - ответил он резко, - я приду утром, принесу еду.
Меня накрыло паникой. Я не знала, что случилось с ним и в чем была причина его такого понурого настроения, но, если он завтра тоже не будет ночевать в хижине, мне не удастся опоить его снотворным перед сном. Нужно было сделать все, чтобы он ел и спал вместе со мной.
-Я не смогу быть там одна ночью, - соврала я, - мне страшно, я знаю, что для вашей расы это недопустимое чувство, но я другая. Пожалуйста, - я замялась на этом слове, но затем продолжила, - ночуй со мной.
Его глаза взметнулись вверх и воткнулись в мои. Я видела, что внутри них была мука, которая раздирала его изнутри. Но что это могло быть? Возможно, сегодня что-то случилось во дворце и это сильно выбило его из колеи. Он молчал долгих несколько минут, словно борясь с собой, затем выдавил, вставая:
-Хорошо.
Я не верила своим ушам. Он, такой жесткий и суровый вдруг внял моим мольбам?
Аарон как-то нервно зашагал в сторону нашего жилища, и я засеменила за ним, желая узнать, что же все-таки стряслось. Нужно было быть в курсе всего, что происходило вокруг. Это могло мне пригодиться.
-Что-то случилось во дворце? – аккуратно спросила я, догоняя мужчину и идя рядом.
-Во дворце не случается ничего нового, проблемы все те же – Ригидна.
-Жители этой воинственной планеты снова доставляют проблемы? – уточнила я.
-Был захвачен корабль-шпион, команда казнена.
-Что? – с ужасом спросила я.
-Мне не нравится это не меньше, чем тебе, - признался Аарон каким-то подавленным голосом, - но приказы Императора не обсуждаются.
-Их казнил ты? – со страхом в голосе предположила я.
-Не я лично, но я следил за выполнением приказа.
Я видела, как на этой фразе его энергетика совсем потухла, и пришелец отвернулся в сторону океана, словно желая спрятать свое выражение лица. Это было бесполезно. Я итак могла читать всю его внутреннюю боль. Так вот, что произошло! Бессердечный братишка Джан руками своих подчиненных казнит своих врагов! Сейчас, когда я видела, как Аарон реагирует на беспощадность своего родственника, мое сердце прониклось к нему сочувствием. Я бы тоже была против такого варварства! Казнить всех без разбору!
-Мне жаль, - сказала я мягко, подавляя в себе желание прикоснуться к нему рукой. Это был простой жест человеческого сострадания, но я не могла себе его позволить.
-У каждого есть свой долг, - сказал пришелец как-то обреченно, - у нас не всегда есть выбор.
Я не хотела спорить, видя, как тяжело ему сейчас было. В душе я была радикальна в этом вопросе, я считала, что выбор у нас есть всегда, но не каждый решится пожертвовать своей жизнью, оказывая сопротивление. Возможно, это просто увеличило бы количество смертей, но внутри ты бы себя не предал!
-Ригидинцы так опасны? – спросила я.
-Да, один наш промах и пострадает вся планета, - с грустью ответил мужчина. – Именно по этой причине мой брат так безапелляционен. Его последняя фраза прозвучала неуверенно и где-то на кончике интуиции я считала, что это было скорее удобным оправданием, нежели, чем истинной правдой.
Я промолчала в ответ и в этот вечер долго не могла уснуть, находясь в расстроенном поле Аарона. Тот лежал рядом как всегда на спине, и я понимала, что внутри него происходит какая-то борьба, страдание просто сочилось наружу и мое сердце ныло так, словно это была моя личная боль. Ранее никогда я не ощущала чувства других людей до такой степени остро. В чем же была причина этого сейчас? Я крутилась туда-сюда, как уж, понимая, что иномирец, лежащий рядом нуждается в поддержке. Я знала, как ее оказать, но не была уверена, что он будет готов ее принять. Более того, внутри меня тоже было сражение – заслуживал ли захватчик помощи в трудный момент? Это останавливало меня какое-то время. Но я, будучи человеком чутким, конечно не могла бороться с собой долго. Наконец, когда было уже очень поздно, и я была сильно вымотана этой эмпатической агонией, я, повернувшись к Аарону, аккуратно взяла его за руку и погладила по тыльной стороне ладони.