Придя домой, они с Владом сначала хором попялились в телефоны, потом поиграли в компьютерные игры на приставке, потом занялись по инициативе молодого человека любовью. Там дело подошло к ужину и вечерней уборке, чтобы утром не просыпаться в гадюшнике.
Первое время, как Мирослава обзавелась собственным жильем, она могла мыть посуду раз в неделю, а порядок наводить раз в месяц или даже реже. Образовался свинарник. Хотя — нет, свиньи животные чистоплотные. В какой-то момент в разрухе квартиры самой стало противно. И поняла, что кавардак портит настроение, а его и так постоянно не было.
Два дня потратила на то, чтобы привести квартиру в состояние, которое понравилось самой. И больше не запускала свое жилище. И другим не позволяла.
Когда Влад въехал, первым делом объяснила правила дома и что она одна по этому дому шуршать не будет. Парень согласился. Для него возможность не снимать угол уже была большим подспорьем, так что бороться за мужские права не собирался. Да и, наверное, все-таки очень любил Мирославу, так что и без ультиматумов наводил бы чистоту.
Владика родители Миры не так,чтобы сильно одобряли, с другой стороны и не так чтобы уж совсем не одобряли. Мама честно сказала, что лучше этот, чем два предыдущих. Отец только головой покачал. Ему совсем не нравился парень, заселившийся к его дочке. По мнению папы, настоящий мужчина в примаки не пойдет.
— Слушай, ну, мне что ли в его съемный клоповник съезжать? — возмутилась девушка, когда зашел разговор.
— Вообще не понимаю, зачем вы решили жить вместе?! — проворчал отец. — Ему двадцать один, тебе едва девятнадцать исполнилось! Встречались бы себе и горя не знали!
— Когда нам встречаться? У Влада тренировки! — напомнила об особенностях жизни спортсменов дочь.
— Если он такой целеустремленный, то ему и девушка не нужна, — высказался родитель.
Однако же девушка Владику была нужна, молодой организм требовал своего. И без того жизнь спортивная довлела над гормонами: то старты, не распыляться, то сборы, не повидаться. И в этих условиях самым простым было жить вместе. Вот и жили.
Владика Мира не любила, по крайней мере, не так, как она сама себе любовь представляла. А представляла — как в романах: с болью, страстями, невозможностью есть и спать из-за постоянных мыслей о любимом. И чтобы ни дня без него не хотелось проводить. Без Влада дни проводились отлично. Как уезжал на старты, так, можно сказать, жизнь и начиналась. Не надо было подстраиваться к его спортивному режиму, не надо было общаться, если не хотелось. И ночью спала спокойно, не думая, что в шесть утра разбудят ради секса.
К слову о сексе. За два года регулярной практики усвоила, что это что-то вроде мужского хобби. Примерно, как автомобили или рыбалка. Есть, наверное, женщины, которые готовы часами сидеть на комарином болоте ради “от такого карася” или кого там эти рыбаки ловят? В общем, наверное, есть любительницы этого дела, но большинству ни рыбалка, ни секс не нужны так, как среднему мужику.
Главным плюсом постельных развлечений считала покладистость мужчины после. Вот правда, столько, сколько получишь от постоянного любовника, от обычного мужчины — никогда. Так что к девятнадцати годам усвоила: секс — это власть. Мирославу устраивало. Особенно если секс был таким же необременительно-нечастым, как с Владом, зажатым половину года режимом тренировок и выступлений. Перед важными соревнованиям он вообще уходил спать на диван, чтобы случайно не перевозбудиться.
Такие дни, кстати, не очень любила, потому что спать в обнимку нравилось, а в остальном вполне устраивало, что ее молодой человек в силу основной занятости не злоупотребялет по части половой жизни.
С учетом того, что теперь у них обоих будет режим, всей их постели станет еще меньше. Ну и ладно. Совершенно не потеря.
С этой мыслью протрусила по холлу бассейна. Кивнула вахтерше и дальше побежала в раздевалку. Часы показывали, что с начала тренировки прошло двадцать минут. Можно сказать, прогуляла треть времени. Будет выговор от тренера. Интересно, как этот Руслан ругается? Вероника, например, язвила перед тем, как вызвериться негромко, но весьма доходчиво, а потом выпереть вон. Представить гиганта Полищука язвой было сложно, наверное, просто развернет от порога и отправит вон? Самый удачный и неэнергозатратный вариант.
Шлепала сланцами по кафелю. В руке несла маленькое полотенчико, на плечах большое полотенце. Делала вид, что просто пришла тренироваться. А ждала, что никакой тренировки не будет.