Сразу после экзотических болезней и страховых компаний Аллан резко свернул вправо и промчался дальше, не снижая скорости. Когда он пролетал под приветливо размахивающим крылом гигантским утенком Дональдом, стоявшим возле входа в Сетевой мир Диснея, ощущение того, что за ним подсматривают, появилось вновь, но мальчик постарался не думать об этом. А вокруг мелькала мерцающая реклама искусственных приключений, парков любви, научных разработок и всего, всего, всего… И уже не верилось, что она когда-нибудь закончится. Неизвестно каким образом Аллан оказался в узком темном переходе, который он, если бы не часы, наверняка бы пропустил. Здесь так чудовищно возросла скорость полета, что мальчику вспомнился пережитый накануне ужас. Но что говорила Делия Добелл?! Не бойся, только ничего не бойся… И самого страха не бойся…
Мальчик внушал себе, что это лишь прогулка по Сети и что она скоро закончится, но держался из последних сил, чтобы не откинуть голову назад. Не бойся…
Вдруг Аллан резко остановился. Не потому, что затормозил, а оттого, что коридор закончился. Перед мальчиком выросли старинные черные ворота из кованого железа. Створки украшали какие-то нелепые завитушки, а из самого центра на него пристально глядел огромный стеклянный глаз.
Аллан на мгновение отвел свои глаза в сторону, потому что пронизывающий насквозь взгляд стеклянного тела резко напомнил о маленьком черном пятнышке, что появилось вчера… Но тут же мужественно он выбросил эту мысль из своей головы. Так-то лучше!
Разглядев в зрачке глаза дыру той же формы, что и песочные часы, он уже не сомневался в том, что предстоит ему сделать. Аллан вставил часы в отверстие, и створки медленно со скрипом поползли в разные стороны, открывая путь. Песочные часы вновь оказались в руке. Аллан чуточку подождал, огляделся по сторонам и прошел внутрь. Теперь он стоял на подъемном мосту Замка, где его уже поджидал Хан Зен.
— Надо смазать ворота, да, — сказал тот. — Но дел так много. Были проблемы в дороге, да?
Аллан и не думал встретить самурая прямо здесь, на мосту, за воротами, хотя он вообще не знал, чего ожидать.
— Э-э-э, проблемы, да?.. — вопросительно пробормотал Хан Зен.
Да, мальчик временами ощущал, что кто-то наблюдает за ним, но вряд ли это можно назвать проблемами. А со страхом он справился.
— Не-а, все прошло гладко, — ответил Аллан.
— Вот видишь, бояться нечего, да, — улыбнулся самурай.
Вместо того чтобы идти через двор на кухню, Хан Зен провел мальчика в боковую дверцу, устроенную прямо за воротами. Вверх тянулись каменные ступеньки. Самурай, как и в прошлый раз, когда они поднимались по лестнице, с которой он несколько раз чуть не упал, споткнувшись о свой меч, гремел и звенел всеми своими доспехами. Они поднялись на три этажа, а на пути к четвертому Хан Зен остановился, вытащил меч из ножен и начал колотить рукояткой по недавно выбеленной стене. Так барабанил он достаточно долго, Аллан даже поинтересовался:
— Что происходит?
— Это сигнал, да, — ответил Хан Зен, — мне осталось ровно шестнадцать сильных и три слабых…
И он продолжил стучать, а Аллан смотрел, ничего не понимая, на белую стену, на которой теперь появлялись черные проплешины. И тут вдруг прямо на стене появился контур круглой двери, которая спустя секунду начала открываться. Они вошли.
За дверью размещалась маленькая комнатушка без окон, освещенная единственным канделябром с пылавшими свечами в центре круглого столика. За столиком сидела Клара, перед которой лежал объемистый фолиант.
— Еще раз здравствуй, Албан. Хорошо, что ты прибыл так быстро, — поприветствовала она мальчика.
Аллан огляделся вокруг себя, пытаясь разглядеть обстановку.
— Нам приходится встречаться здесь, — сказала старуха. — Надо быть очень осторожными. А тут мы можем быть более или менее уверены, что никто нас не подслушивает. Присаживайся.
Мальчик сел напротив кухарки.
Хан Зен снял с головы свой удивительный шлем и положил его на стол. Потом он высунул голову в дверной проем, посмотрел, нет ли снаружи любопытных, и плотно прикрыл дверь.