Эльрица не совсем понимала, что это были за возможности, но Аранея так хорошо убеждала людей! Вряд ли остальные поняли ее лучше, но почти все просто поверили, что станут богаче и значительнее, если последуют советам Аранеи. Надо было только построить Дом Тока. «Он станет для поселка ключом в новые времена», — сказала она.
Некоторым, вроде Барса, ее идея не очень нравилась. Но другие, в особенности Хорк, процессор поселка, были в большом восторге. Хорк воспринимал каждое слово, которое произносила Аранея, так, словно оно исходило от самого Тока. А Барса назвал обычным стариком, боящимся прогресса. Теперь речь шла не только о вере в Тока, но и о вере в свои силы.
Аранея постоянно говорила об огромном значении Пеша для всего Замка. Она сумела убедить жителей в том, что они особенные. И они внезапно перестали быть жалкой горсткой детей Тока на самой дальней окраине Замка. Аранея внушила им, что Пеш — поселок избранных.
Раньше ничего особенного здесь не было. Большинство жителей в День Тока, если требовалось, работали. Никому и в голову не приходила мысль о каком-то Доме Тока. Те, кто хотел, проводили скромные церемонии у себя дома.
— Мы, например, почти никогда их не устраивали, — сказала Эльрица. — Но Аранея и Хорк заставили нас построить Дом Тока. Причем Аранея знала точно, как он должен выглядеть изнутри и снаружи. Мы думали, что Хорк и будет церемониймейстером, но она решила, что это не очень хорошая идея. Мол, Хорк — процессор. А когда Сальмо поймал большую меч-рыбу, Хорк сказал, что это знамение — Сальмо должен стать церемониймейстером. — Эльрица снова вздохнула и покачала головой: — Я не знаю, почему я вам все рассказываю. Может быть, это неправильно с моей стороны…
— Ничего страшного, — успокоил ее Боганис.
— Нет, так продолжаться не может… Поначалу все шло хорошо. Когда участвовали в церемонии в первый раз, ужасно испугались, особенно я.
— И я, — вставил Тобис, который стоял с жезлом в руках рядом с Травером.
— На Сальмо в таком виде было страшно смотреть, но Аранея успокоила нас. Все так и должно быть. «Это значит, что к нам пришел сам Ток», — сказала она.
— Что говорил Сальмо? — спросил Боганис.
— Он гордился. И когда дела с рыбной ловлей пошли в гору, он стал считать этот факт и своей заслугой. Но я очень скоро убедилась, что ведение церемонии действует на него очень странно, и попыталась заставить его отказаться. Но он ответил, что не может. Все жители Пеша зависели теперь от него, и он не решился их предать. Хорк говорил ему то же самое: «Ты не должен нам изменять».
В поселке настали неплохие времена. Рыба ловилась как никогда раньше, Пеш расцвел.
— Это заметно, — согласился Боганис.
— Сальмо перестал ловить рыбу, но мы ни в чем не испытываем недостатка. Пока он церемониймейстер, остальные о нас заботятся. Даже если он и откажется, то все равно уже не сможет ловить рыбу, став таким стариком.
— А Аранея? — спросил Травер.
— Она некоторое время присутствовала на церемониях. Расспрашивала Сальмо обо всем. «Она ждала, что что-то произойдет», — однажды сказал он.
— И произошло? — спросил Боганис.
— Не знаю. Не думаю. По ее словам, она выполнила задание и теперь ей можно уезжать.
— Куда она уехала?
Эльрица отрицательно покачала головой:
— Она этого никому не рассказывала… кажется. В один прекрасный день Аранея зашла к нам попрощаться. «Не забывайте меня», — сказала она. Я, конечно, не знаю, что она говорила Хорку. Он проводил ее до самой двери в Проход.
Травер поднялся и коротко спросил:
— Где Хорк?
Эльрица посмотрела на него:
— Он часто уезжает, его обычно нет в Пеше. На заседания Верховного Кабинета, как он говорит.
— А кто выполняет обязанности процессора, пока его нет?
— Кребс. Вы видели его после церемонии. Он к нам подходил.
— А Барс? Что с Барсом? — спросил Боганис.
— Умер вскоре после открытия Дома Тока.
— Очень жаль, — задумчиво сказал Боганис и многозначительно посмотрел на Травера. — Хотел бы я знать, что она пытается тут сотворить. Не похоже это на попытку накопить энергию, чтобы связаться с Сетью.
Травер кивнул.
Эльрица в волнении посмотрела на мужчин:
— С Сетью?! Об этом я даже слышать не хочу.
— Аранея вовсе не та, за кого себя выдает. И это очень длинная и запутанная история, — сказал Боганис.
— Мы знаем ее не с лучшей стороны, — подтвердил Травер.
— Она считает, что никто в Центральном Корпусе не будет интересоваться тем, что происходит тут, на севере, — продолжал Боганис. — Хорошо бы послать сообщение нашим друзьям в кухню Замка. Можно воспользоваться твоим компьютером?