Беатриса снова уставилась в зеркало.
17
Страха не было. Аллан чувствовал себя лучом света, который мчится сквозь космическое пространство, не встречая никакого сопротивления. Песочные часы мерцали, с поверхности синего моря взлетел белоснежный гусь…
…Ворота до сих пор не смазали. Хан Зен стоял за ними, широко расставив ноги и упершись кулаками в поясницу. Он был чем-то раздражен.
— Никаких мобильных телефонов, да?
Аллан отрицательно покачал головой.
— Хорошо… Хорошо, да.
Теперь самурай принялся качать своей маленькой головой, упакованной в голубой шлем:
— Сначала ты исчезаешь среди бела дня прямо с балкона Верховного Кабинета, ба-бах! Все сидевшие рядом чуть не свалились вниз, да! Можешь поверить, мне было не легко убедить их, что я не знаком с тобой и даже не подозреваю, кто ты такой, да! Как раз это называется — не уметь вести себя прилично, ведь так, да?!
— Я не нарочно, — попытался оправдаться Аллан. — Беатриса выдернула шнур…
— А потом ты появляешься неожиданно, используя совершенно ненадежный способ соединения, да! Скажи мне, что у тебя тут, а? — Хан Зен постучал по своему шлему костяшками пальцев.
Аллан промолчал. Ему не терпелось спуститься в кухню и рассказать Кларе о своих недавних открытиях.
— Кстати, кто такая Беатриса, да? — спросил Хан Зен.
— Это один… мой друг… подруга.
— Скажи ей, чтобы она перестала выдергивать разъем, да!
Аллан снова не ответил. И что бы он сказал?! Ведь Хан Зен не знал Беатрису. А девчонка не из тех, кому кто-то может приказывать. Особенно он. Хан Зен даже не догадывается о том, как строятся отношения в Реальном Мире.
— Ты должен лучше контролировать события, да! Иначе будет плохо.
Легко ему так говорить. Но теперь Аллан, похоже, действительно контролировал события. У Беаты ему мешать не станут. Во всяком случае он на это надеялся.
— И где это ты пропадал столько времени, да? До тебя не дошло, что нам дорога каждая минута?
— Да, но…
— Давай спустимся в кухню, да.
Аллан кивнул. С облегчением и с большим удовольствием.
В помещении вкусно пахло жареным мясом, а на плите и вправду стояла сковорода размером с колесо легкового автомобиля. В ней аппетитно шкворчали котлеты.
Клара, находившаяся рядом, проверяла их на готовность своей длинной заколкой. Больше на кухне никого не было.
— Рада видеть тебя, — приветливо улыбнулась старуха.
Самурай голодными глазами посмотрел на сковородку.
— Ты в прошлый раз выбрал неудачный способ связи, Албан. Но я думаю, что Хан Зен тебе все уже высказал по этому поводу. Так?
Аллан согласно кивнул. Он не стал перед ней оправдываться, а просто рассказал кухарке о даче и мобильном телефоне. Та внимательно выслушала и, кажется, все поняла. А когда мальчик поведал о том, как разгадал загадку непонятных слов, Клара протянула ему горячую котлету на кончике своей заколки:
— Вот, держи! Ты ее заслужил. Великолепно, Албан! Просто замечательно!
Аллан вырос в собственных глазах. Почему-то хорошее слово от этой старухи значило для него гораздо больше, чем похвала всех школьных учителей, вместе взятых. Мальчик откусил котлету. Та оказалась много вкуснее маминых, но мама плохо готовила. А папа, так тот вообще не признавал блюд, приготовленных из фарша.
Самурай сам схватил котлету со сковороды и, торопливо сжевав ее, спросил:
— А в Сети ты что-нибудь видел, да?
Аллан рассказал о маленьком человечке в синей одежде, который назвал ему ключевое слово и сразу же растворился.
— Паролем служит слово «МНЕМО»!
Клара с Хан Зеном разом повернули к Аллану лица и навострили уши. Но когда мальчик поведал о том, что Мнемо был отцом Аранеи, а также о башне, которую строили над Центром Мироздания, они, как ему показалось, забыли обо всем остальном.
Некоторое время на кухне слышалось только шкворчание жарящихся котлет. Наконец старуха и самурай пришли в себя.
— Невероятно! — воскликнула Клара. — До меня и раньше доходили слухи о древних файлах, в которых было продолжение истории сотворения мира, но никто из тех, кого я знаю, этих файлов в глаза не видал. Албан, я так и знала, что ты — настоящий!
Аллан просиял. Он — настоящий!
— Может быть, да, — пробормотал себе под нос Хан Зен и подхватил тонким острым мечом еще одну котлету.
Клара, заложив руки за спину, принялась расхаживать из угла в угол. Она о чем-то напряженно думала.
А Аллан просто сидел и наслаждался услышанной в свой адрес похвалой.