ки. Они нас засекли и открыли огонь. Снаружи раздались глухие разрывы бомб. - Заткните уши, друзья! – крикнул Брюхач, щёлкая тумблерами перераспределительного энергоблока. – Я включаю силовой щит! Мамонтинец отключил систему звукопоглощения – это позволило системе безопасности броневика активизировать энергетический щит вокруг машины. Петрова оглушил внезапно раздавшийся рёв двигателей. Он видел как Сатурн зажал уши руками, а Соня, что-то беззвучно прокричав, нажала на спусковой крючок гашетки. Пулемётная башенка на крыше броневика ожила. Из её шестиствольного дула тучами вылетали красные энерголучи. Три дредноута врага тут же превратились в огненные шары, разбрызгивая в небе раскалённые металлические обломки. Остальные штурмовики, сманеврировав, поменяли строй и зашли на новый вираж. Броневик отчаянно мчался вперёд .его силовой щит с каждой секундой слабел, от множества попаданий плазменных бомб. Энергоблок машины, испытывая чудовищные перегрузки, начал дымиться, не справляясь с перераспределением энергии. Брюхач что-то кричал, но рёв двигателей заглушил его крик. Вдалеке зачернела полоса лесного массива. В душе джива появилась надежда на спасение. У них будет больше шансов спастись, если они доберутся до лесной чащи. Кажется, вид зеленеющего густого леса также вселил оптимизм и в Брюхача. Мамонтинец изо всех сил давил на педаль газа, стараясь быстрее домчаться до высоких тенистых деревьев. Мимо, обгоняя броневик, пронёсся военный транспортник. Его водитель также стремился затеряться от взоров имперских пилотов под густыми кронами деревьев. Транспортник не доехал до леса каких-то сто метров. Плазменная бомба, пробившая его силовое поле, превратила машину в кучу искорёженного оплавленного металла. Броневик стрелой промчался мимо дымящих обломков. Ещё немного и люди, находящиеся у него внутри, будут спасены. Листва крокусианских деревьев имела свойство отражать электромагнитные сигналы и поля, а потому даже самый сверхчувствительный имперский сканер не смог бы обнаружить цель, укрывшуюся в крокусианском лесу. Похоже, что Брюхач знал это, потому и стремился как можно быстрее попасть под густые кроны деревьев. Энергоблок броневика заискрился от чрезмерных нагрузок и в мгновение ока расплавился. Силовой щит машины тут же исчез, а за ним прекратила стрелять и орудийная башня. Совсем рядом грохнул взрыв плазменной бомбы, едва не задев броневик. Её могучая взрывная волна подбросила машину в воздух на добрых 20 метров. Броневик по широкой дуге, кувыркаясь в воздухе, влетел в зелёную листву крокусианских деревьев. Петров, наблюдая в смотровую щель, как быстро приближается земля, с ужасом подумал, что это был их конец… Глава 14 Первое, что увидел джив, едва придя в себя, был белый бивень мамонтийца, торчавший перед его носом. Алексей попытался пошевелиться, но не смог. Грузное тело Брюхача давило на грудную клетку джива, затрудняя его дыхание и не давая Петрову пошевелить даже пальцем. - Все живы? – послышался голос Сони. - Кажется я ногу вывихнул. – раздался в ответ жалобный стон Юрки. Алексей молчал. Сдавленная грудная клетка не давала произнести ни звука. Мамонтинец медленно пришёл в себя. Он несколько раз моргнул своими чёрными слоновьими глазами и попытался подняться. Петров застонал. Угол спинки металлического кресла больно врезался в его спину. - Извини, - пробубнил мамонтинец и сполз с Петрова. Только теперь Алексей увидел, что броневик был перевёрнут на бок. Во время падения машина перевернулась и рухнула как раз на ту сторону, где сидел Петров. - Нужно выбираться отсюда. – едва восстановив дыхание, сказал Лёха. - Ты прав, малыш. – сказал Брюхач. – Я выйду наружу первым. Мамонтинец щёлкнул аварийным рычагом и вручную открыл бортовой люк, который теперь, в перевёрнутой машине, располагался над головой. Брюхач кряхтя выбрался наружу. - Теперь пойду я. – сказала Петрову Соня, потирая своё ушибленное плечо. – ты поможешь подняться Юрке, а я сверху подхвачу его. Алексей согласно кивнул. Едва пошевелившись, он ощутил, как заныли все его костяшки – последствия от жуткого удара о внутренний борт броневика. Соня быстро вскарабкалась наверх. Алексей первым делом сорвал с головы повязки бинтов, которые наложили ему в Госпитале – сейчас эта ненужная повязка сползла ему на глаза. Петров ощупал лоб. Шрам от удара железного прута исчез. Наверное он рассосался ещё тогда, когда Борейчук реанимировал джива после отравления парами фреона. Что ж, тем лучше – одной болячкой стало меньше. Петров помог Юрке приподняться. Правая нога Сатурна жутко болела, но он скрепя зубами, всё же дотянулся до створок бортового люка. - Я сам. – процедил он Петрову и, кряхтя, самостоятельно выбрался наружу, а через мгновение до джива донёсся его приглушённый стон. Алексей, подтянувшись, и упираясь ногами в переборки кабины, быстро вылез из машины. Он тут же ощутил, как чьи-то сильные руки схватили его и швырнули на землю с борта броневика. Петров упал на спину, едва не сломав себе шею. Леха застонал – второе падение было для него слишком! Алексей приподнялся на локти. Разбитый, перевёрнутый на бок броневик лежал почти у самой границе леса. Рядом с дживом на земле сидели его друзья, а вокруг, окружив их, стояло два десятка имперских пехотинцев. - Больше никого нет, сэр. – послышался чей-то голос. Из люка броневика вылез имперский солдат. Стоявший совсем рядом с Лёхой пехотинец, нажал несколько кнопок на своём левом запястье. Это была полевая рация, вмонтированная в броню белого защитного костюма. - Докладывайте, капитан. – раздался в динамике зловещий рокочущий голос. - Информатор не обманул нас, мой Лорд. – произнёс Капитан. – все четверо находятся в наших руках. - Поздравляю вас с успешным завершением операции, Капитан. – ответил голос. – воздушный Транспортник уже направлен к вам. Доставьте всех четверых в штаб командования. - Слушаюсь, мой Лорд. – ответил Капитан и отключил связь. Он повернулся и коротко кивнув пехотинцам, пошёл границей леса. За Капитаном последовали два солдата. В своих закованных в броню руках они несли два чёрных чемоданчика. Внутри них находились маркеры – маяки, необходимые для того, чтобы воздушный транспортник определил их координаты. Выйдя за границу леса, так чтобы зелёная листва крокусианских деревьев не мешала прохождению сигнала, Имперцы раскрыли чемоданчики и под руководством своего командира стали устанавливать маяки. Петров сидел на земле и смотрел на окружающих его солдат. Джив хаотично соображал, как им выбраться из сложившейся ситуации. Он сосредоточился на потоках Силы, решая создать сферу переноса, чтобы переместить себя и своих друзей во второе кольцо силы. А затем, через это пространство, добраться до Апокриф – Сити. Алексей мысленно усмехнулся своей несообразительности: и почему мысль о телепортации через второе кольцо не пришла ему раньше? Но стоило дживу прикоснуться к энергетическим потокам, как его тело пронзила острая боль от могучего колебания Силы. Невидимая обычному глазу энергоинформационная реальность закипела вокруг Лёхи. Эфир этого мира был насквозь пропитан Тьмой. Энергетические потоки Тёмной стороны Силы развивали в прах любую попытку джива создать сферу переноса. Вся его энергетическая работа уходила в пустую, и при этом Алексей терял уйму жизненных сил. Петров видел, как померк дневной свет окружающего мира. Деревья, перевёрнутый броневик, люди – потеряли белую чёткость. Алексей воспринимал их как нечёткие размытые образы – словно он смотрел на них через призму расфокусированного бинокля. Зато на фоне размытого Мира всё чётче и чётче проступала Тьма. Это не было похоже на то, как если бы день резко сменился ночью. Скорее это было похоже на то, как в воде расползается чёрное чернильное пятно. И вода быстро приобретала цвет чернил – становясь сначала серой, а под конец совсем антрацитово-чёрной жидкостью. Приблизительно тот же процесс происходил и сейчас, перед взором Лёхи. Петров видел это гигантское чернильное пятно Тьмы ,которое растекалось по всему окружающему миру, одновременно впитываясь в каждый корень, в каждое дерево, в каждую песчинку этой планеты. Джив ощутил как энергетические потоки Тьмы, словно щупальца гигантского осьминога, обвили его тело. Петров сразу же стал задыхаться. Щупальца давили, пытаясь, как удав задушить его. Алексей стал сопротивляться изо всех сил. Но чем больше он прикладывал усилий в попытке оторвать от себя жуткие щупальца, тем сильнее он слабел. Щупальца давили на тело джива и одновременно, словно жуткие пиявки, выкачивали из него энергию. Алексей подумал, что долго подобной борьбы не выдержит – ещё чуть-чуть и силы его иссякнут. Тьма словно чувствовала, что джив слабел с каждой секундой. Энергетические щупальца стали давить с утроенной силой. Алексей понял, что больше не сможет сопротивляться могучему напору Тьмы. Его силы полностью иссякли. «Вот это действительно конец». – горестно подумал джив, ощущая как его тело, лишенное жизненной энергии, начало развоплощаться во втором конце Силы. В этот момент Петров ощутил сильный толчок в плечо. Этот удар вернул сознание джива в привычную реальность. Он снова сидел на земле возле перевёрнутого броневика. Перед Лёхой возвышался имперский пехотинец сжимавший в руках крупнокалиберную винтовку. - Сиди смирно и не дёргайся. –