познакомиться с ним, - понимающе кивнул Лёха. – Он тебе понравился? - Может быть, - улыбнулась Соня. – Ты ревнуешь? - Нет… - смутился Петров. Этот неожиданный вопрос Блэйд застал его врасплох! Алексей ощутил, как от смущения краснеют его щёки. - Впрочем, - выдавил он из себя. – Да, есть немного. - Напрасно, - ответила Соня, вновь став серьёзной. – Я хотела получше узнать своего будущего солдата. - Будущего солдата? – переспросил джив. – Что это значит? - Разве ты забыл, что за спасение своих жизней, мы обязались выполнить для Коменданта одну очень важную миссию? – напомнила Соня. – Так вот, для её выполнения нам потребуются люди. Много людей. - Но мы ещё не знаем, в чём заключается эта миссия, - возразил Петров. - В любом случае нам потребуются помощники, - ответила Блэйд. – И, думаю, Федерация пожертвует солдатами, жизни которых не особенно ценятся. - Ты думаешь, что к нам попадут штрафники? – спросил её джив, когда капсула остановилась перед стеклянной дверью больницы. Один из санитаров нажал на входную панельку, и дверь медленно отъехала в сторону. - Скорее мы попадём к ним, - задумчиво прошептала Соня. Петров ничего не ответил и молча переступил невысокий порог больницы. Глава 17 Внутри больницы царил невообразимый хаос. Весь парадный холл был переполнен раненными солдатами. Бойцы лежали прямо на полу – вдоль стен, на мягких ватных матрасах, а над ними, гудящим роем, порхали врачи и медсёстры, одетые в длинные белые халаты. Мимо Лёхи то и дело проносились санитары, тащившие на грубых носилках тяжелораненых бойцов. По-видимому, медкапсул (как впрочем, и свободных мест в палатах) на всех раненных катастрофически не хватало. К Алексею и санитарам с медкапсулой подошёл пожилой врач. Его худое морщинистое лицо, с крупным носом и густыми седыми усами, выражало жуткую усталость. - Эту в стационар, - хриповатым голосом сказал он санитарам, кивком головы указав на Соню. Санитары тут же потащили медкапсулу к дверям грузового лифта, находящимся в дальнем конце холла. Петров хотел было последовать за ними, но врач удержал его за руку. - Подожди, - сказал он и уставился на джива зелёными воспалёнными глазами. – Ты Алексей Петров? - Да, - ответил Лёха. - Что у тебя? Контузия? - Да вроде нет, - растерянно ответил Петров. – А что? - Так я и думал, - пробурчал пожилой врач. – Ещё один блатной. У меня раненых девать некуда, а тут ещё подсовывают таких, как ты. Ладно, иди за мной. Есть для тебя местечко. Врач направился к широкой лестнице на второй этаж. Петров неохотно последовал за ним. - Вообще-то, я к вам не напрашивался, - сказал Лёха, когда они одолели лестничный марш. - Не напрашивался, - передразнил его врач, на ходу поправляя воротник своего белого халата. – Знаем мы таких! Вы пойдёте на всё, лишь бы откосить от передовой. Вот скажи мне, только честно, - пожилой доктор остановился и сурово посмотрел на Петрова. – Тебя совесть не мучает? Там, - врач потыкал указательным пальцем вверх, - люди гибнут сотнями. И зачастую – это молодые парни твоего возраста. Они умирают, отдавая свои жизни за таких трусов, как ты! Эти слова были сказаны с такой злобой, что джив ощутил, как внутри него закипает гнев. - Но вы же ничего не знаете! – вскричал Лёха. Сердце бешено колотилось в его груди. - Вы не знаете, по какой причине я здесь! Как вы можете меня в чём-то обвинять! Пожилой врач ничего не ответил. Он лишь холодно смерил Петрова взглядом, а потом вновь зашагал по яркоосвещённому коридору. Алексей молча пошёл за ним. «Как он смеет меня обвинять в трусости?» - гневно думал джив. – «Ведь я не дезертир, не пытаюсь скрыться от битвы. Я здесь временно. Да, это временная передышка перед предстоящем боем. Но он этого не знает и поэтому обвиняет в чём попало! Впрочем» - джив мысленно вздохнул. – «Его тоже можно понять. Вокруг столько смерти и горя, что я на его месте просто сошёл бы с ума». – Петров оглянулся по сторонам. Коридор, по которому они шли, был заставлен кушетками с раненными бойцами. Отовсюду то и дело раздавались болезненные стоны. Между раненными солдатами безостановочно сновали санитары. - Тебе сюда, - бросил через плечо врач, распахнув белую дверь палаты. – Сестра поможет тебе обустроиться. - Спасибо, - сухо поблагодарил доктора Алексей. - Не за что, - мрачно ответил пожилой врач. – Но не думай, что сможешь здесь отсидеться. Я избавлюсь от тебя при первом же удобном случае. И ни Внешняя разведка, ни мандат Ставки, ни сам Президент – тебе не помогут! Сказав это, доктор повернулся и быстро зашагал прочь. Джив тяжело вздохнул и медленно переступил порог комнаты. Палата, в которой он оказался, была небольшой. Она напоминала обычную процедурную, из которой убрали шкафы, столы и стулья, заменив эту мебель двумя узкими кроватями со встроенной в них системами жизнеобеспечения. Кушетки, застланные белыми простынями, располагались ко входу боком. Между ними, у стены, стояла металлическая тумбочка, на которой крепился какой-то медицинский прибор с узким монитором, светившийся непонятными зелёными значками. От этой аппаратуры к изголовьям кроватей тянулись сотни разноцветных проводков, по-видимому, подключенных к множеству сверхчувствительных сенсоров, которыми, наверняка, была нашпигована каждая койка. На дальней от входа кровати, той, что стояла у окна, лежал старый солдат. На вид ему было лет 70, а густая седая борода и худое морщинистое лицо старили его ещё больше. Рядом с ним, в проходе между койками, стояла молоденькая медсестра. Она бережно поправляла повязку, стягивающую грудь старика. Алексей деликатно подождал, когда она закончит свою процедуру. Кажется девушка почувствовала на себе Лёхин взгляд. Она обернулась и удивлённо вскинула чёрные брови, заметив стоящего в дверях джива. - Вас привёл доктор Браун? – спросила Петрова медсестра. Алексей молча кивнул. Он не знал имени пожилого врача, что привёл его сюда, но похоже, что это был тот самый доктор, о котором спрашивала девушка. - Вы Алексей Петров? – уточнила медсестра, неловким движением руки поправив выбившийся из-под белой шапочки вьющийся чёрный локон волос. - Да, - ответил джив. – Я Алексей Петров. - В таком случае это ваше место, - брюнетка кивком головы указала на пустующую кровать. – Ложитесь. Я подключу к вам систему. Алексей разулся и не раздеваясь лёг на кушетку. Девушка нажала несколько кнопок на компьютере, и экран монитора тут же сменился новыми зелёными символами. Петров ощутил лёгкую приятную вибрацию во всём теле – заработавшие сенсоры, встроенные в кушетку, начали сканировать его организм. - Вообще-то, я здоров, - произнёс Алексей и с улыбкой взглянул на девушку, поймав на себе любопытный взгляд её карих глаз. Та смущённо отвернулась, вновь уставившись на монитор системы жизнеобеспечения. - Все вы так говорите, - тихо произнесла она. – Но вам это только кажется. Я настрою аппарат так, чтобы вы смогли обходиться без моей помощи. - А я не против вашего присутствия, - ответил джив. – Вы мне не мешаете и, более того, мне приятно, что рядом со мной находится такая симпатичная девушка. - Спасибо, - скромно улыбнулась медсестра. – Но мне нужно идти. Меня ждут другие пациенты. Девушка нажала ещё несколько кнопок на аппарате, а затем быстро пошла к выходу. - Подождите! – окликнул её Лёха. – Вы не назвали своего имени. - Меня зовут Ольга, - ответила медсестра. В дверях она остановилась и, улыбнувшись, тихо добавила: - Была рада познакомится с вами, Алексей. Когда буду посвободней – обязательно приду вас проведать. До встречи. Девушка вышла в коридор и закрыла за собой дверь. Лёха блаженно улыбнулся. Медсестра была вполне в его вкусе. Невысокая, стройная, с соблазнительными формами грудей, чётко очерченных линиями узкого белого халата… Впрочем, будь рядом Соня, то за подобный безобидный флирт джив словил бы с десяток хороших затрещин! Конечно, всё это было бы шутя, но всё-таки, рука у Блэйд уж очень тяжёлая, даже, когда она бьёт играючи. - Гражданский? – хрипловатый старческий голос оторвал Лёху от размышлений. Петров повернул голову в сторону говорившего. Старик, что лежал на соседней койке, не мигающими голубыми глазами смотрел на джива. - Можешь не отвечать. И так вижу, что гражданский. – Старик отвернулся от Лёхи и уставился в потолок. – Что ты здесь делаешь? Дома не силится что ли? - Я здесь временно, - ответил Алексей. – Полежу здесь часок другой, а потом сразу на передовую. - Ну и дурак! – прохрипел дед. Его грудь, перетянутая бинтами, тяжело вздымалась. Кажется, старику было тяжело дышать. На рукаве его серой расстегнутой гимнастерки джив заметил жёлтые нашивки прапорщика. - Извините, - произнёс Алексей. – Я не понял вас. - Ты дурак, - повторил старик. – Смерти своей ищешь? Умереть хочешь? - Все мы когда-нибудь умрём, - ответил джив. – Но если я умру, защищая свою Родину, погибну во имя Мира и Добра в Галактике, то это будет хорошая смерть. - Дурак, - прохрипел дед вновь, взглянув на Петрова. – Спасай свою жизнь. Схоронись в укромном месте. Пережди войну и потом живи долго и счастливо. Послушай старика и делай так, как он говорит. - Я не могу, - твёрдо ответил Лёха. – Все мои друзья будут сражаться и я не оставлю их. К тому же я дал клятву и должен её исполнить. - Все мы когда-то кому-то давали клятвы, - произнёс старый солдат. – И посмотри, что из этого вышло. Война, кровь, смерть. Мир рушиться, люди гибнут тысячами. Нам-то старикам уже всё равно – мы своё отжили – но вы-то, молодёжь, куда прёте? Всё умереть т