лось подавить Свет и проникнуть своими жуткими потоками в самый центр планеты. Именно там находился, непонятный дживу, Источник Силы, который сопротивлялся Тьме. Алексей стал медленно опускаться вниз. К его удивлению он не почувствовал сопротивления от идущих снизу встречных потоков. Спуск проходил легко и непринуждённо. Своим разумом джив погружался всё глубже и глубже в толщу планеты, словно он летел вниз по светлому яркоосвещённому тоннелю. Вокруг Петрова, и в тоже время пронзая его сознание насквозь, бурлили могучие потоки Силы. Неожиданно перед глазами джива вспыхнула яркая ослепительная вспышка света и… Алексей оказался в знакомом белом чертоге. Перед Петровым магическим радужным светом пульсировал Светоч. Он и был источником мощных колебаний Силы. Рядом с магическим кристаллом стоял Ганджо. - Теперь ты знаешь, зачем император атаковал Крокус, - произнёс он, хмуро взглянув на Петрова. – И почему так важно удержать этот город. - Императору нужна «Душа Мира». Материализованный источник Великой Силы, - понимающе произнёс джив. Он не удивился, увидев в чертоге Ганджо: эти неожиданные встречи с Изгоем стали для него привычными. - Этот артефакт, - продолжил Лёха, - находится под городом? Верно? - В точку, - ухмыльнулся старик. – Ты заметил, как легко попал к нему? Джив молча кивнул. - Под Апокрифом-Сити проходит самый быстрый канал к «Душе Мира». - Канал? – переспросил Лёха. - Путь, - пояснил Изгой. – В энергетическом смысле, конечно. К Светочу ведёт много дорог, но тот канал – по которому шёл ты – самый быстрый и лёгкий. - И на этом пути нет никакой защиты? – спросил джив. - Светоч сам защищает себя, - ответил старик. – Смотри как он пульсирует. Своими потоками он препятствует Тьме добраться до него. Справиться с Его Силой сложно даже Тёмному Владыке. – Ганджо хитро прищурился и неожиданно спросил: - Или ты думаешь, что Грин самостоятельно справился с Тьмой, ранившей тебя? Петров вздрогнул, вспомнив свой поединок с призраком. - Этой Тьмой… тем призраком… - прошептал джив. – Это был Тёмный Владыка? - Лишь отчасти, - ответил старик. – Это было фантомное проявление Его воли. Ибо Владыка ещё не покинул Бездну, не обрёл материального облика, но его воля давно просочилась через Врата и пребывает в Мире. Сейчас она набрала небывалую мощь. Ты можешь наблюдать, к чему это привело, и как неотвратимо меняется твой мир. - Его воля стала так сильна, что даже проникла к «Душе Мира», - произнёс Петров, взглянув на пульсирующий кристалл. - Это была лишь слабая попытка добраться до Светоча самостоятельно, - ответил Ганджо. – Она ему не удалась. Но скоро воля Тёмного Владыки одолеет силу «Души Мира». Зло проникнет в чертог, если не само, то при помощи исполнителей тёмной воли. - Ты имеешь в виду Императора и его слуг? – спросил старика Лёха. - Армию Императора, как впрочем, и его самого, движет воля Тёмного Владыки, - ответил Ганджо. – На захваченной половине города инженеры Империи возводят буровые вышки. Скоро они заработают и слуги Императора, через прорытые скважины, проникнут в чертог. Материализованный Источник окажется во власти Тьмы. - Так вот зачем на Крокусе адепты тёмного Ордена! – взволнованно прошептал джив. – Они пришли за «Душой Мира»! - Ты должен их остановить, - сурово произнёс старик. – Если Светоч окажется в руках Тьмы, то последняя печать будет сорвана. Тогда откроются Врата Бездны и Великий Тёмный Владыка явится в видимый Мир, а легионы его демонов обратят Вселенную в прах. Это будет конец мирозданья. - О каких печатях идёт речь? - На Вратах Бездны, сдерживающих Зло, есть три печати, - ответил Ганджо. – Две из них сорваны, а эта, - Изгой кивнул на кристалл, - третья, последняя. Нельзя допустить, чтобы она была сорвана. Останови Императора! - Но как?! – вскричал Алексей. – Как я смогу это сделать? - Подумай над этим, джив, - ответил Ганджо и исчез, а вместе с ним исчез белый чертог с пульсирующим Светочем. Петров почувствовал как его сознание стало быстро подниматься вверх. Он с бешенной скоростью пролетел по светлому энергетическому туннелю и вновь ощутил себя лежащим на больничной деревянной койке. Глаза джива были закрыты, но Лёха явственно ощутил рядом с собой чьё-то чужое присутствие. - Может не стоит его будить, - услышал джив знакомый хрипловатый голос. – Пускай ещё чуток отдохнёт. - Да он не спит, - раздался над ухом Лёхи голос ещё одного собеседника. – Спорим на ящик пива, что он претворяется? Алексей улыбнулся. Этим вторым мог быть только Юрка! Петров открыл глаза и увидел Сатурна и мамонтийца, как ни в чём не бывало, сидящих на кушетке прапорщика. - Как спалось? – спросил джива Брюхач, приветливо взмахнув своим серым хоботом. - Нормально, - ответил Алексей. – Вы-то как? - Как видишь, - улыбнулся Брюхач. – Живы - здоровы. Вот только Соня куда-то запропастилась. - Её повезли в стационар, - сказал Петров. – Ей крепко досталось от агентов Интерпола. - А, ерунда, – махнул рукой Юрка. – Когда она забегала к нам в палату, на ней не было ни одной царапины. - Откуда ты это знаешь? – джив наигранно нахмурился. – Она что, раздевалась перед вами? - Переодевалась, - поправил Лёху Сатурн и заговорщицки подмигнул. - И мы вместе с ней, - подхватил мамонтинец. – Смотри, совсем новый мундир! – Брюхач подёргал рукав своей серой солдатской куртки. Только теперь Петров заметил, что друзья были одеты в серую военную униформу. На обоих были серые армейские куртки, блестевшими металлическими молниями, такого же цвета армейские брюки и чёрные кожаные берцы с кованными стальными подошвами. - А это тебе, - Юрка бросил на Лёхину куртку тяжёлый целлофановый пакет. В нём оказался комплект армейской униформы. - Вроде твой размер. Алексей сбросил с себя гражданскую одежду и переоделся в военную форму. На ноги он нацепил чёрные кожаные берцы, которые были в том же пакете и пришлись дживу как раз в пору. - Ну вот, теперь ты настоящий солдат Федерации! – улыбнулся Сатурн. – Готов к бою? - Почти, - ответил Лёха. – Вот только мне не хватает моего меча. Я ведь рыцарь – джив. Не так ли? - Это так, - в палату вошла Соня. Она была также одета в серую полевую форму, только на плечах её куртки красовались золотистые погоны с двумя крупными серебристыми восьмиконечными звёздами. Если Петров не ошибался, это были погоны полковника. - Держи! – Соня протянула дживу световой меч. – Крыс отобрал его у Интерпола и отдал мне. Он сказал, что эта штука тебе понадобится. - Спасибо, - сказал Лёха, принимая из рук Блэйд световой меч. – Я вижу на тебе погоны полковника. Тебя повысили в звании? - Долгая история, - отмахнулась Соня. – Меня назначили командором второго сектора восточного фронта. - Ух, ты! – воскликнул Юрец. – Так ты теперь большая шишка! Это дело надо срочно отметить! - Отметим, - улыбнулась Блэйд. – Только позже. Сейчас на это нет времени. Ровно через час мы должны быть на поверхности, в Штабе Командования. - Тогда в путь, - сказал мамонтинец и поднялся с кушетки. – Не будем медлить. Друзья вышли из палаты и зашагали по коридору к лестнице на 1 этаж. - Здесь так много раненых, - произнёс Лёха, проходя мимо кушеток со стонущими от боли бойцами. – Похоже, что вся эта больница забита ими под завязку. - Не только эта, - отозвалась шедшая рядом с ним Соня. – Но и многие другие в этом городе. Как впрочем, и местные крематории, безостановочно сжигающие в своих печах сотни трупов. - Чудовищные потери, - прошептал джив. - И их будет ещё больше, если мы не остановим эту войну, - мрачно констатировала Блэйд. - Но как? – воскликнул Петров. – Как мы сможем это сделать? - У Коменданта есть план, - ответила Соня. – Он обещал поделиться им со мной, когда мы доберёмся до Штаба Командования. Дойдя до лестницы, друзья спустились на 1 этаж больницы. Петрову показалось, что в её парадном холле людей, которым требовалась медицинская помощь, стало ещё больше. Сквозь стеклянные двери холла, джив заметил, что у крыльца больницы стоят три белых армейских транспортника. Вокруг них сцепилась куча санитаров, часть из которых то и дело выгружала из чрева машин медкапсулы с лежащими в них солдатами. - Новая партия бойцов с поверхности, - проследив за взглядом джива, произнесла Блэйд. – Мы должны остановить это безумие. Стеклянные двери больницы с шумом разошлись в стороны, и друзья вышли наружу. В лицо Петрову дунул порыв тёплого летнего ветра. Небо над подземным городом было чистым и синим, и на нм светило яркое жёлтое солнце. Впереди, поодаль от больничной площадки с санитарными машинами, располагался широкий тротуар, по которому куда-то спешили буднично одетые горожане. Рядом с тротуаром пролегало асфальтное шоссе с двухсторонним движением – по нему, ревя моторами, взад и вперёд, то и дело проносились длинные вереницы автомобилей. А на той стороне улицы – противоположной больнице – виднелись бесконечные ряды шикарных магазинов, блестевших в тёплых солнечных лучах своими яркими стеклянными витринами… Алексей вздохнул. Если не замечать санитарные транспортники и медкапсулы с раненными бойцами, то получалась полная идиллия. Самый обычный день мирной жизни, словно и нет никакой войны. Всё это: война, тёмный Владыка, этот странный подземный город, федеральная тюрьма, Крокус и эта история со Светочем – было похоже на какой-то дурной сон, на то самое сновидение, из которого, как ни старайся, никак не можешь проснуться. А может… может действительно всё это сон? Вот сейчас Петров откроет глаза и п