едленно переваривая услышанное. – Они здесь? - Бродят по траншеям и высматривают шпионов Империи, - согласно кивнул Андрей. – Будь осторожен при встрече с ними, а лучше не попадайся им на глаза. Петров согласно кивнул, вспомнив неприятную беседу с агентом в федеральной тюрьме. Действительно, зная об их ненависти к Ордену Дживов, Лёхе было бы разумным не встречаться с ними. - Иди в казарму, - Коротков указал на дверь во второй отсек бункера. – Там получишь броню и оружие. А мне пора возвращаться за пульт. Сказав это, Коротков вновь занял своё место перед широким монитором. Джив нажал на панельку входной двери и молча вошёл в казарму. Этот широкий отсек был заставлен длинными рядами двухъярусных коек, а рядом со входом, вдоль стены располагались десятки металлических шкафчиков с оружием и амуницией. - Ну, наконец-то, - донёсся до слуха джива знакомый хрипловатый голос. – А мы уж думали, что ты пропал без вести. На ближайших к Лёхе кроватях сидели, закованные в броню, мамонтинец и Сатурн. - Как прошёл разговор с этим Рэем? – спросил Юрка. - Нормально, - ответил джив и присел на соседнюю с друзьями койку. - Честно говоря, я думал, что будет хуже. - Не нравится мне этот тип, - проворчал Брюхач. – У меня нюх на сомнительные личности. С этими словами мамонтинец засунул свой хобот в серый бумажный пакетик, который держал в руке. Оттуда он извлёк небольшой кусочек сухарика и ловко отправил его себе в рот. - Мне кажется, что он с каким-то подвохом. Тёмная лошадка. – Захрустев сухарём, добавил Брюхач. - Главное, чтобы он не оказался Троянским конём, - произнёс Юрка. – Может он шпион Империи, действующий у нас в тылу? - Нет, - ответил Алексей. – Он – Тагг. - Тагг!! – воскликнул мамонтинец, чуть не подавившись сухариком. – Очередной ликвидатор! Клон – убийца. Пробирочник, такой же, как… Ой! – Брюхач вовремя осёкся, потому что Юрка резко дёрнул его за огромное ухо. - Продолжай, - нахмурился Петров. – Ты ведь хотел сказать: такой же, как Соня. Верно? - Нет, друг, я вовсе не это хотел сказать, - неловко произнёс мамонтинец. – Я, конечно, не имел в виду Соню. Извини, я не так выразился. Просто… - Брюхач нервно повертел в руках пакетик с сухарями. – Мне бывает страшно, когда они рядом. У меня печальный опыт знакомства с этими… Гм… - Мамонтинец на мгновенье запнулся, подбирая подходящее слово, но видимо так и не найдя его, с тяжёлым вздохом выдохнул: - С этими… существами. Алексей промолчал. Он понял, что Брюхач пытается извиниться за те слова, что невольно сорвались с его языка, но вслух так ничего и не сказал. - Слушай, у тебя случайно не осталось шарумы, - продолжил мамонтинец, решив сменить тему разговора. – Этой сухой армейский паёк, - Брюхач потряс пакетом с сухарями, - настоящая гадость! Петров слабо улыбнулся и достал из бокового кармана брюк брикет шарумы, завёрнутый в розовую салфетку: удивительно, что он до сих пор не превратился в лепёшку! - Вот, спасибо! – радостно воскликнул Брюхач, выхватив из рук джива шаруму. – Никогда в жизни не мог себе представить, что буду рад этой килирианской гадости! Мамонтинец встал с койки и направился к двери казармы. - Пойду заброшу этот паёк на другой конец равнины, - бросил он друзьям, на ходу разворачивая брикет шарумы. - Прости его, - сказал Юрка, когда за Брюхачом захлопнулась дверь. – Он не хотел тебя обидеть. - Я знаю, - ответил джив. - Давай помогу тебе с бронёй, - произнёс Сатурн. Он встал с койки и подошёл к двухстворчатому металлическому шкафчику. Внутри него находился серый армейский доспех и стальной шлем с тёмным тонированным забралом, а в соседнем отсеке располагалась стойка со штурмовой винтовкой и полка с боеприпасами. Лёха при помощи Сатурна быстро облачился в боевой доспех. На голову джив одел стальной шлем, мгновенно сделавший мир по ту сторону тонированного забрала тёмным и мрачным. Зато на встроенном в шлем мониторе ярко вспыхнули зелёные полоски силового поля. Индикаторы показывали, что энергетический щит брони был заряжен полностью. Подобными силовыми полями были оборудованы все боевые доспехи федеральных солдат. Конечно такая защита не выдерживала удара плазменной бомбы, но от прямого попадания пары – тройки зарядов из крупнокалиберной турельной пушки вполне могла защитить. Алексей нажал несколько кнопок, расположенных снаружи, у виска шлема, проверяя работу различных диапазонов ночного и инфракрасного видения – чувствительная аппаратура работала без сбоев. Джив снял шлем. - Всё работает? – спросил Юрка. - Да, - ответил Петров. – Отличная штука! Лёха неловко повертел в руках шлем. Он хотел задать Юрке один важный вопрос. Вопрос, который мучил его давно, но джив всё никак не решался об этом заговорить. А сейчас, когда в казарме они были одни, был самый подходящий момент для этого… - Что-то случилось? – Юрка внимательно смотрел на Петрова. - Знаешь, Юр, - неловко начал Алексей, - я давно хотел с тобой поговорить, но всё никак не было подходящего случая… - О чём? – спросил Сатурн. - О Соне, - коротко ответил джив. – Мне нужно кое-что знать. - Что именно? – Юрка удивлённо приподнял брови. - Ну, - смутился Лёха, - Соня рассказывала, что ты и она… Ну, что когда-то вы были вместе. - Почему ты спрашиваешь об этом? – осторожно произнёс Сатурн. Петров не понял что в этот момент выражали глаза его друга, но от этого странного взгляда дживу стало как-то не по себе, а потому он смутился ещё больше. Действительно, почему он спрашивает об этом и вообще зачем затеял этот разговор? Неужели из-за того необъяснимого чувства вины, которая появилась в его сердце, когда он рядом с Блэйд видел Юрку. А может быть, это была обычная ревность? - Мы с Соней расстались ещё задолго до твоего первого появления на Тритоне, - нарушил неловкую паузу Сатурн, высказав то, что джив никак не мог произнести вслух. – Здесь нет твоей вины, если ты об этом. У каждого из нас на то были свои причины, о которых я не хочу говорить. – Юрка улыбнулся и добавил: - Но мы расстались друзьями. - Ты любил её? - И люблю по сей день, - тихо произнёс Сатурн. В его серых глазах мелькнула тень лёгкой грусти. – И завидую вам обоим. Но… - Юрка вновь улыбнулся. – Я счастлив за вас. И я ни разу не пожалел, что свёл вас вместе. Я вижу как она счастлива с тобой. - Спасибо, - тихо прошептал джив. Он смущённо уставился себе под ноги, не решаясь взглянуть Юрке в глаза. Сатурн положи руку Лёхе на плечо и добавил: - Ты береги её. Она не так сильна, как кажется. Ей нужна твоя помощь и поддержка. Особенно сейчас, Лёха. Особенно сейчас. Алексей лишь молча кивнул. Он был не в силах что-либо ответить. В казарме неожиданно ожил микрофон коммуникатора. - Внимание! – проорал мужской голос по интеркому связи. – Всему личному составу 7-ой роты явиться на построение! Повторяю! Построение! - Идём! – скомандовал Юрка. – Объявили построение. Седьмая рота – это мы. Похоже к нам прибыло пополнение. Посмотрим на новобранцев. Сатурн и Лёха быстро выбежали из бункера. Вдоль широкой шеренгой, в две шеренги уже стоял весь личный состав 7-ой роты. Точнее то, что от неё осталось. Рота в федеральных войсках состояла из четырёх взводов, по три отделения в каждом. В одном отделении числилось 10 человек, следовательно, личный состав роты состоял из 120 бойцов. Сейчас же в траншее стояла лишь дюжина солдат – чуть больше одного отделения. Похоже, что в прошедших боях 7-ая рота понесла тяжёлые потери. Юрка и джив встали рядом с мамонтийцем, во втором ряду единственного отделения. Петров с любопытством рассматривал прибывшее пополнение, выстраивающееся на противоположной стороне широкой – почти десятиметровой – траншеи. Среди новобранцев было много молодых парней – почти ровесников Лёхи – но попадались и зрелые мужики, и старики, тощими морщинистыми ладонями сжимавшие кожаные ремни штурмовых винтовок, по-походному запрокинутых за плечо. Среди толпы новоприбывших бойцов оказался даже один зеленокожий килирианец. Его непропорционально большая голова с огромными белыми раскосыми глазами, то и дело вертелась из стороны в сторону. Наверно гуманоид был неуверен, что занял правильное место в общем строю. Петров невольно улыбнулся: серая военная униформа, висевшая как на вешалке, на тощем тельце двухметрового килирианца и штурмовая винтовка, болтавшаяся за его спиной, делала гуманоида похожим на огородное пугало. Перед застывшими в строю новобранцами появился Рэй. На предплечьях его брони виднелись две лейтенантские звездочки. Конери лично осмотрел новобранцев, а затем, отдав несколько коротких приказов сержантам, прибывших вместе с пополнением, вновь куда-то отправился по своим делам. Подчиняясь его приказам, сержанты начали комплектовать взводы из крошечного остатка 7-ой роты и вновь прибывших солдат. Так по иронии судьбы Петров вновь оказался в составе четвертого взвода, но уже не курсантов военной кафедры, а боевого федерального подразделения, которого впереди ожидала битва. Примерно через полчаса рота была сформирована и взводные командиры развели своих солдат по бункерам. Четвертый взвод расположился в том самом бункере, где некоторое время назад побывал Петров. Только что прибывшие бойцы быстро облачились в хромированные доспехи, а затем вновь построились в траншее. Взводный командир, пожилой седовласый старший сержант с густыми и длинными – до подбородка – седыми усами под крупным красноватым носом, хрипло объявил приказ об укреплении вверенного взводу участка