анялась по равнине, поглощая и растворяя в себе все что попадалось на пути. Небесное воинство саранчи быстро исчезло в ее черном покрове, поглотившем небо. Набежавшая Тьма растворила в себе и армию шмакодавов, и поредевшую орду Империи, и искалеченную равнину, усеянную тысячами трупов павших солдат. Алексею показалось, что эта живая багровая тьма поглотила весь мир, всю Вселенную – лишь вершина холма, на которой находились друзья, осталась нетронутой. Посох Грина ярко светился белым светом, освещая лица выживших бойцов. - Что это, черт возьми, такое?! – в ужасе вскричал агент. Он несколько раз бабахнул в окружающую тьму из своего бластера. Красные энерго – лучи с шипением исчезли в клубившемся мраке, безответно уйдя в пустоту. - Мы не во втором кольце Силы, - произнес джив, просканировав окружающую реальность своим внутренним зрением. – Это нечто появилось в нашем видимом мире! Невероятно! – Алексей внимательно наблюдал за окружающей тьмой. Он ощущал могучие потоки Темной Стороны Силы, бурлившие в клубящемся вокруг них мраке. - Я не знаю что это, но это Нечто Живое. Оно не из нашего мира, - растерянно пробормотал Петров. – И оно очень сильное. Я чувствую в этой Тьме сильнейшую концентрацию Темной Стороны Силы! - Это демон из иной реальности, - прошептал Грин. – Видимо, адепты Темного Ордена нашли способ призывать подобных существ из иных миров. Багровые вспышки в окружающей Тьме вспыхнули с неистовой силой, постепенно конденсируясь перед застывшими бойцами в исполинскую человекообразную фигуру, сотканную из потоков бурлящего пламени. Огненный великан размахнулся и нанес удар, намереваясь гигантским кулаком прихлопнуть людей. Сила, струящаяся из магического посоха Грина, широким полупрозрачным куполом накрыла четверых друзей. Эта защита не только остановила вполне материальный кулак гиганта, но и не давала окружающей Тьме сомкнуться на вершине холма, поглотив бы тем самым выживших бойцов. Огненный демон нанес еще один удар, а за ним еще один и еще. Он стал безостановочно атаковать энергетический щит Грина, во чтобы то ни стало стремясь его пробить. Эдвард шумно дышал. По его лицу градом катил пот, но он продолжал крепко сжимать свой светящийся посох, из последних сил удерживая защитный купол. - Я не смогу долго сопротивляться ему, - прохрипел Грин и, взглянув на Петрова, добавил: - Придумай же что-нибудь, джив! Иначе мы все здесь погибнем! Соня, Кериген и Гворн с надеждой уставились на Леху. Сейчас, перед лицом подобного необычного противника, их знания и навыки были бессильны. - Я знаю как обратить Силу против человека, джив, - растерянно смотря на Алексея произнес агент. – Но я не знаю как сражаться с демонами, или с чем-нибудь подобным. Алексей взглянул на огненного демона. Уровень Силы этого чудовища был слишком высок. К тому же окружающая Тьма безостановочно подпитывала монстра темной энергией, а джив, даже после оказанной ему помощи килирианца, был еще слишком слаб. - Используй Силу врага, рыцарь, - голос Ганджо, преодолевший завесу Тьмы, эхом ворвался в разум джива. – Используй его энергию против него же. - Каким образом? – мысленно отозвался Леха, обрадованный неожиданным присутствием Изгоя. – Как это сделать? - Впитай в себя его Силу, джив, - ответил голос. – А затем нанеси удар, вложив в него всю свою мощь! - Но ведь это Темная энергия, Ганджо! – мысленно воскликнул Алексей. – Магистр Чи предупреждал нас об этом! Джив не должен использовать Темную Сторону Силы – это путь в Пустоту! - Это твой единственный шанс, джив. Даже моей силы не хватит, чтобы помочь тебе, - отозвался Изгой. – Ну же, не медли юноша, используй энергию врага и победи его же собственным оружием! Это единственный выход для тебя и твоих друзей! Джив промолчал. Он колебался. Можно ли было доверять Ганджо настолько, чтобы соприкоснуться тьмой? - Разве я когда-нибудь советовал тебе что-то дурное? – воскликнул старик. – Скорее же, рыцарь! Используй темную Сторону Силы! Алексей судорожно вздохнул: он видел как Грин слабел с каждым новым ударом демона и потому медлить было нельзя. Джив сконцентрировался на своих слабеньких внутренних потоках, пытаясь соприкоснуться ими с окружающей тьмой. Эта манипуляция удалась мгновенно, словно тьма только и ждала этого. Едва установив энергетическую связь, Алексей потянул Темную Силу, стремясь как можно полнее пропитаться ей. В сознание Лехи тут же хлынули жуткие потоки зла. Проникая внутрь, Тьма пыталась поглотить его разум, изменить вибрации его светлой энергии на темную. Этот процесс был мучительно болезнен, но джив не сопротивлялся отдавшись движению потока жутких демонических видений, вихрем ворвавшихся в его мозг и растворяющих в себе его разум. В этот момент Петров стал частью окружающей Тьмы. Огненный демон исчез, словно Алексей впитал его в себя без остатка. Но теперь багровое демоническое пламя появилось в его собственных глазах. Тьма окутала джива, заковав его тело в стальной черный доспех, а длинный черный плащ, не спадающий с его плеч, был темнее окружающего мрака. Кериган в ужасе направил на Петрова свой бластер, но выстрелить из него он не успел. Легчайшим усилием мысли Алексей отбросил в сторону агента и килирианца. Оба упали наземь и больше не поднимались. - Леха! Что ты творишь?! – закричала Блэйд. Но Алексей не слышал ее. Джив ощущал могучие потоки Темной Стороны Силы, бурлившие в его теле, словно Петров, здесь и сейчас, был самим Источником древнего абсолютного зла, стремившегося уничтожить все живое в этом мире. В этот момент Алексей был настоящим демоном разрушения и самой смертью! Блэйд бросилась на Петрова, пытаясь его остановить, но Леха молниеносным движением остановил девушку, схватив ее за горло и высоко приподняв над землей. Соня, хрипя, впилась в руку джива, в тщетной попытке освободиться от его удушающего захвата, но стальная хватка руки, закованной в черную броню, была непреодолима. Эдвард бросился на помощь Соне. Его посох резко вспыхнул белым пламенем и из него вырвался мощный поток энергии, пронзивший черный доспех джива. Но Алексей даже не покачнулся. Он мгновенно впитал в себя силу удара, а затем атаковал в ответ, вложив в этот удар всю свою ненависть и жажду смерти. Черные потоки Тьмы, выпущенные из раскрытой ладони джива, насквозь пронзили грудь следопыта. Посох Грина с сухим треском разлетелся в щепки, а сам Эдвард покачнулся и, с удивлением смотря на дымящееся черное отверстие в груди, медленно осел на землю. Он был мертв, и его отлетевшую от тела душу мгновенно поглотила окружающая тьма. Петров повернул свою голову к Соне, дыхнув ей в лицо смертельным могильным холодом. Блэйд задыхалась, но не оставляла попыток разжать его пальцы. Джив зловеще ухмыльнулся и стал медленно сжимать горло девушки. Синя еще сильнее забилась в конвульсиях – через мгновение его пальцы сомкнуться, с хрустом сломав ей шейные позвонки. Неожиданно что-то горячее обожгло грудь Лехи, причинив ему резкую обжигающую боль. Этот внезапный болевой импульс был так силен, что джив от неожиданности разжал пальцы, выпустив из своей хватки полузадохнувшуюся Блэйд. Грудь Петрова обожгло еще сильнее, словно там, под черными доспехами, разгоралось настоящее адское пламя, которое, медленно, но не отвратимо, стало расползаться по всему телу. Джив дико закричал от боли. Он чувствовал, что сгорал заживо. Алексей в бешенстве стал срывать с себя броню, пытаясь обнаружить источник мучительного внутреннего пламени. Черная броня крупными ошметками слетела с его тела, обнажив грудь: там, причиняя дживу жгучую боль, горел медальон старого солдата. Серебряное распятие, висевшее на шее Алексея, кровавым огнем беспощадно жгло его тело. Этот огонь становился все сильнее и сильнее, пока полностью не объял Петрова, превратив его в горящий живой факел! Леха чувствовал, как плавится броня, как горит гимнастерка, как сгорают в бушующем пламени волосы и кожный покров. Джив сгорал, но вместе с ним сгорала и тьма, проникшая в его душу… - Еще не время, рыцарь, - в предсмертной агонии послышался Петрову чей-то до боли знакомый голос. Перед Алексеем – а может быть в его умирающем сознании – стоял Вортекс. Пророк улыбнулся и произнес вновь: - Еще не время. Неизвестная могучая сила закружила джива и, подхватив, куда-то понесла, рассекая окружающую тьму и оставляя далеко позади вершину злосчастного холма. А затем, Алексей увидел ослепительную вспышку белого света, на мгновение поглотившее его сознание. А когда джив вновь пришел в себя, то первое, что он увидел перед глазами, было синее небо, видневшееся сквозь сплохи энергетического щита Апокрифа. Он был в городе. Джив лежал на спине, чувствуя лопатками тепло асфальта, нагретого жаркими солнечными лучами. Алексей приподнялся на локте, приняв полусидячее положение. Он был цел и невредим, словно и не сгорал заживо. Его одежда и обувь тоже была цела: отсутствовали лишь боевой доспех и шлем. Петров огляделся по сторонам. Он находился посреди широкого асфальтного шоссе, по обе стороны которого возвышались обугленные руины многоэтажных домов. Рядом с дживом, на асфальте, шевелились его друзья. - Черт возьми, да мы в городе! – со стоном произнес агент, с трудом пытаясь встать на ноги. Соня и Гворн тоже поднимались с асфальта. - Ничего не помню, после удара этого взбесившегося джива, - проворчал Кериган, встречаясь взглядом с Петровым. – Ох, черт! Аге