ее голосе прозвучали неприятные металлические нотки. Алексей знал, что в таком случае переубедить Соню невозможно. Она была упряма и никогда не меняла своих твердо принятых решений. Что ж, значит, такова судьба, и на Крокус они полетят вместе. – Ой, дочка, позолоти ручку. Всю правду тебе скажу! – Рядом с Соней, словно из-под земли, закутанная в черное тряпье, возникла пожилая цыганка. Петров смотрел на нее удивленными глазами. Это было так неожиданно! Ему всегда было невдомек, каким образом эти представители древнего кочевого племени могли незаметно возникать и также незаметно исчезать с глаз долой, словно их никогда и не было. – Вижу, глаза у тебя добрые, – продолжала тараторить цыганка. – Вижу, счастье тебя ждет. Позолоти ручку. Большая удача тебе будет. Соня улыбнулась и, прежде чем Леха успел что-то сказать, достала из кармана бумажные 5 кредиток. – Держи, – протянула она деньги цыганке. Та мигом схватила банкноту и положила ее в карман своей черной юбки. Как подозревал Леха, в бездонный карман. – Дай свою руку, дочка. Все-все тебе расскажу, – цыганка вцепилась своими черными глазами в Сонину ладонь. – Вижу, много испытаний выпало на твою долю. Много печалей и горя. Многих ты лишила жизни, но тебя смерть обходит стороной. А сейчас ты счастлива. У тебя нет врагов, нет завистников. Вижу парня рядом с тобой. Любит он тебя. Так сильно любит, что готов пожертвовать собой ради тебя. – Ну это все мне и так известно, – Соня подмигнула Алексею. – Ты лучше расскажи, что в будущем меня ждет. Цыганка снова стала рассматривать ее ладонь. – Дальняя дорога тебя ждет. Служба военная и… – гадалка вдруг запнулась, и лицо ее помрачнело. – Что ты увидела?! – С беспокойством воскликнул Леха. – Ой, нет. Не спрашивай меня, сынок. Ох, не спрашивай. – Раз обещала все рассказать, – железным тоном произнесла Блэйд. – Говори! – Ах, дочка, вижу, человек ты хороший, – заговорила цыганка. – А я не люблю хорошим людям дурные вести говорить. – Говори, раз уж начала, – произнесла Соня. – Смерть твою вижу. Скорую смерть, – зловещим тоном предрекла гадалка. – Откажись от дальней дороги. Жизнь себе спасешь. – Все мы умрем, – холодно произнесла девушка и выдернула свою ладонь из цепких цыганских пальцев. – Но если я погибну в бою, это будет хорошая смерть. Цыганка печально покачала головой и повернулась, собираясь уйти. – Постой, – остановил ее Леха. Он достал из кармана банкноту и протянул ее гадалке. – Посмотри-ка и мое будущее. Цыганка взяла купюру и посмотрела в раскрытую Лехину ладонь. – Вижу, дальняя дорога тебя ждет. Вижу какую-то важную встречу. Но ты не готов к ней. Сомнения гложут твое сердце. Вижу, что сделать тебе важный выбор предстоит, и тогда большие перемены в твоей жизни произойдут. Еще вижу… – цыганка вдруг запнулась, и ее глаза стали медленно округляться, словно пытаясь выскочить из орбит. – Что? – Не понял Петров. – Что ты видишь? Цыганка медленно перевела взгляд с ладони на Петрова, тупо уставившись на него расширенными от ужаса глазами. – Что ты увидела?! – Вскричал Леха. Он соприкоснулся с сознанием гадалки, пытаясь считать из ее разума увиденные ею образы. Но в ее голове он смог различить лишь волну неподдельного безумного ужаса. – А-а-а! – Вдруг дико заголосила гадалка и во всю прыть бросилась прочь. – Стой! – Крикнул джив. – Но цыганка словно включила субсветовую скорость и в мгновение ока скрылась из глаз. – По-моему, она психопатка, – произнесла Соня. – Нет, – взволнованно произнес Леха. – Она что-то увидела. Что-то, что привело ее в ужас. – Брось, – Соня пихнула Леху локтем. – Неужели ты поверил ей? Да она разыграла весь этот спектакль, чтобы скрыться с нашими денежками. Лично я не поверила ей ни на йоту. – Помнишь, я рассказывал тебе о видении во внутреннем поле Скальды? – Сказал Петров. – Крокус. Осажденный город. Ты… в огне. – Послушай, я не умру, – спокойно сказала Соня. – Твои видения могли быть иллюзией, навеянной коварным врагом. Ведь именно так сказал Чи? – А если он ошибается?! – Вскричал Петров. – Соня, – Леха крепко обнял девушку. – Я не могу тебя потерять. – Даже если Верховный магистр ошибается, и твои видения правда, – ответила девушка. – Ничего плохого не случится. Ведь будущее неопределенно и многовариантно. Рядом со мной будешь ты. И ты спасешь меня. Ведь так? – Так, – ответил Алексей. – Тогда забудь о своем видении. Будущее никому не известно. А гадалка врет, – Соня лукаво улыбнулась. – Лучше посмотри, где сейчас твой кошелек. Алексей усмехнулся и полез в задний карман брюк. Он похолодел, когда обнаружил, что карман был пуст. – Кошелек, – прохрипел Петров. – Он исчез! – Глупенький, – рассмеялась Соня и достала из кармана своих джинсов Лехин кошелек. – Я вытащила его из кармана этой гадалки, когда она собиралась уходить! – Соня отдала кошелек Лехе. – Ну и кто за кем присматривает, юный джив? Алексей растерянно вертел в руках кожаный кошель. – В следующий раз будь внимательнее, любимый, – девушка нежно поцеловала парня. – Особенно с незнакомыми гадалками. Они вновь зашагали по парковой аллее. Алексей еще некоторое время размышлял над мрачными предсказаниями гадалки, пока задорный смех Сони не выветрил эти мысли из его головы. Тогда Петров поклялся самому себе больше никогда в жизни не связываться с цыганками. Но почему-то эта встреча запомнилась ему надолго. Глава 7 Ровно через три дня Петров оказался в одном из многочисленных космопортов Саратова. Джив стоял на стартовой площадке, облокотившись о перила железной ограды, и с любопытством рассматривал людскую толкучку на соседней платформе, где готовился к отлету пассажирский звездный лайнер. Люди, толпившиеся около его трапа, громко кричали и размахивали руками друг перед другом. У большинства из них на спинах висели увесистые туристические рюкзаки, а на шеях болтались цифровые фотокамеры и бинокли. Наверное, это были очередные туристы, купившие горящие путевки на престижный галактический курорт. Похоже, что так оно и было, потому что среди этой толпы джив заметил молодого человека, держащего над головой огромный белый плакат, надпись на котором гласила: Горящий тур! Гиневра. Элитный отдых в Галактике! Леха небрежно сдвинул на затылок серую армейскую кепку. Он бы тоже не отказался посетить курорт. Петров задумчиво улыбнулся: вместо этого он отправляется на Крокус. По его сведениям – это самое захудалое место во всей Атавинской системе. Говорят, что условия жизни на этой планете просто ужасные. И это несмотря на то, что Атавинская система располагалась рядом с Солнечной системой – центром Федерации. – Ты что скучаешь? – Спросил Леху Самоваров. Петров неопределенно пожал плечами. – Хочешь печенье? – Васька протянул Лехе распакованную пачку соленых крекеров. Алексей достал из пачки один хрустящий кругляш и неторопливо захрустел им. Пока не было приказа грузиться на военный транспортник. Оставалось только ждать. Рота курсантов, в которой оказался Петров, была сформирована из четырех взводов, всю массу которых составляли студенты военной кафедры госуниверситета. Лето заканчивалось. Не за горами была осень. Для студентов на «гражданке» начинался новый семестр. А для студентов, параллельно обучающихся на военной кафедре, это была пора так называемых «полевых выездов» в военные тренировочные лагеря, где будущих офицеров ожидала долгожданная ими практика. Старшекурсники, – все без исключения, – прошедшие военно-полевые сборы, распускали жуткие слухи о тяжелых испытаниях, выпадающих на долю новичков «полевых выездов». То ли они шутили, то ли говорили правду, этого никто из нынешних новобранцев не знал. Однако эти самые слухи сделали свое черное дело, сбавив вдруг вспыхнувший энтузиазм у курсантов, едва одевших серую форму и стройной колонной замаршировавших к космопорту «Саратов-1». Странно, но когда рота маршировала по городским улицам, курсантам было весело. Еще бы! Стоило только взглянуть на любопытные и удивленные лица горожан, редко видевших на своих улицах людей в военной форме. А тут, будоража тишину летнего утра грохотом в тридцать пар тяжелых кирзовых сапог, маршировала целая рота. Да кого: молодых красавцев-курсантов! Сколько бравады было в их строевом шаге. Сколько уместных и неуместных шуток курсанты отпускали, завидев на тротуаре симпатичных девчонок. Офицеры кафедры, которые вели колонну, конечно, пропускали реплики мимо ушей. Они даже не следили за четкостью строевого шага и равнением в шеренгах. Старые офицеры знали, что эта восторженная бравада у курсантов очень быстро кончится. И она действительно кончилась. Кончилась в тот самый миг, когда нестройная колонна бывших студентов подошла к стартовой площадке. Здесь на целый месяц кончалась их свободная студенческая жизнь, и начинались суровые курсантские будни. На стартовой площадке, зачем-то покрашенной в пятнистый желто-зеленый цвет, стоял старый, с проржавевшими обшарпанными бортами, военный транспортный глайдер. Глядя на это жуткое железное чудовище, курсанты приуныли, а вместе с ними приуныл и Петров. Алексей почувствовал, что старшекурсники были правы, и в ближайший месяц можно не ждать ничего хорошего. Такие же мысли читались на лицах остальных студентов. Роте было приказано расположиться на стартовой площадке и ждать команды на погрузку. Старшие офицеры куда-то ушли, оставив курсантов наедине со своими взводными