Я посмотрел на Зимбицкого.
— Иван Казимирович. — Я подошел к нему вплотную и понизил голос так, чтобы слышали только мы вдвоем. — Вы человек смелый, не робкого десятка. Не хотите ли заработать действительно хорошие деньги?
Он чуть прищурился.
— Смотря о чем речь, Арсений. Я жизни спасаю, а не отбираю.
— А отбирать не придется. Наоборот. Что, если устроить так, будто Рябой… умер?
Зимбицкий замер, его брови медленно поползли вверх.
— Подменить его на мертвое тело, — вполголоса пояснил я. — Прямо там, в больнице. Рябой выходит через черный ход под видом санитара, а в мертвецкой на его койке остается труп. Бумаги подписываются, дело закрывается за смертью подозреваемого.
Доктор достал из кармана портсигар, щелкнул замком, но закуривать не стал, задумчиво вертя в пальцах дорогую папиросу.
— Авантюра чистой воды… — пробормотал он. Но в голосе не было категоричного отказа. Он уже считал в уме. — Это будет стоить дорого, юноша. Нужно подкупать дежурных санитаров, чтобы отвернулись, щедро смазать врача, который констатирует смерть и выпишет свидетельство…
— Но ведь дело сильно облегчается тем, что Рябой проходит как безымянный, — резонно заметил я. — Иван, не помнящий родства. Никто не знает его настоящего лица в сыскном отделении.
— Это да, — медленно кивнул Зембицкий. — Беспаспортных хоронят в общих могилах, никто родственников не зовет на опознание. Но главная проблема в другом, Арсений. Нужен труп. Свежий мужской труп, хотя бы отдаленно похожий на твоего друга сложением и возрастом. А они на улице не валяются, да и учет в анатомическом театре строгий.
— Это уже вопрос техники и денег, — твердо сказал я. — Вы продумайте схему. А расходы мы покроем.
Иван Казимирович сунул папиросу обратно в портсигар и надел пальто, привычно похлопав по карманам.
— Дерзко. Очень дерзко. — Он криво усмехнулся. — Я поищу варианты и прикину смету, Арсений. Ничего не обещаю. Ждите вестей.
Он развернулся и чеканным шагом вышел из лазарета, оставив меня наедине с Упырем, обдумывающим свое невеселое будущее, и новым, дьявольски сложным планом в голове.
Когда я поднялся на чердак через улицу, там уже царило оживление. Спица проснулся окончательно. Вид у него был немного помятый, но бодрый.
— Сень! — Пацан вскочил, завидев меня. — Дело сделали. Все записки по списку наклеили, клейстера не пожалели. Намертво сели, теперь хозяева их только вместе со стеклом отскребут.
— Отлично. — Я искренне обрадовался, похлопав обоих по плечам. — Хвалю. Теперь дело за малым. Осталось только ждать, когда эти пузатые лавочники созреют.
Вскоре снизу послышался богатырский топот — это вернулся Васян с Сенного рынка. Провизию они с Дашей и девчонками доставили благополучно, так что теперь наш главный прораб был готов к трудовым подвигам, а там и Кот с Упырем подтянулись.
Работа по утеплению на чердаке закипела с новой силой. Я взял на себя роль надзирателя, расхаживая и контролируя процесс. Нам нужно было не только утеплить помещение, но и сделать его безопасным.
Васян вооружился тяжелым молотком и зубилом.
— Поберегись! — гудел он, с размаху вгоняя стальное жало в кирпичную кладку старой печной трубы. Хрясь! Крак! Крошево и красная пыль летели во все стороны. Васян аккуратно выбивал нужные кирпичи, расширяя канал. Затем мы втроем, кряхтя от натуги, втащили и смонтировали железные трубы, плотно загоняя их внутрь кирпичных дымоходов. Это был самый надежный способ сделать безопасную вытяжку для наших будущих буржуек.
— Готово, Сень. — Васян вытер потное, перемазанное кирпичной пылью лицо. — Сидят как влитые. Только щели в палец толщиной. Надо замазывать, иначе дым пойдет на чердак, угорим все.
— И не только щели, — кивнул я. — Мы в обрешетку соломы напихали, там тоже между досок замазать надо, густо. А иначе одна случайная искра от трубы — и полыхнем мы тут, как стог сена. Нам нужна глина. Много.
Васян почесал затылок, прикидывая объем работы.
— Понял. Давай я сейчас опять лошадь в подводу запрягу, съезжу за Обводный канал, на пустыри. Накопаю там мокрой глины воз, к вечеру привезу. Делов-то.
Я отрицательно покачал головой.
— Э не. Пока ты доедешь, пока накопаешь не пойми какой земли… Да там корней, веток и камней будет половина веса! Замучаемся потом месить и чистить.