*** На башни герцогского замка медленно спускалась ночь. В некоторых окнах задрожали огни, по двору, несмотря на поздний час, сновали слуги, оруженосцы, конюхи и прочая челядь. Лоранский Беркут сидел в своём кабинете, просматривая какие-то свитки с записями, но мысли его никак не хотели сосредоточиться на написанном. Паж, беззвучно ступая, зажег свечи на столе и разворошил поленья в камине, отчего пламя взметнулось вверх с новой силой. Герцог не удостоил юношу взглядом. Дьявол тебя раздери, Нейда, только попадись мне... Но она не попадалась. Уже который месяц продолжалась охота. О да, он не жалел золота на авансы, не скупился на обещания награды тем, кто отыщет беглянку. Только день проходил за днем - а ни щедрость, ни страх перед его гневом не приносили плодов. Филипп отлично помнил то слепое яростное бешенство, которое закипело в груди, когда утром спозаранку растерянный оруженосец, мужественно стараясь не отводить глаз, сообщил, что комната Нейды пуста, ворота на улицу открыты, в конюшне нет двух лошадей, в том числе ее Рыси, а конюх убит. Да как ты посмела... Ты ответишь за эту дерзость. Но немедленно отправленная погоня вернулась ни с чем. В глубине души Филипп догадывался, что вернуть девчонку будет едва ли просто - не за тем ее учили и тренировали, чтобы она не сумела организовать побег и спрятаться. Раздражение мешалось с гордостью за талантливую ученицу. Но чем дальше - тем первое становилось сильнее. Какого черта тебя потянуло в бега? Почему именно сейчас, что такого произошло, что заставило тебя пойти на такой отчаянный риск?.. Филипп думал об этом много. Гораздо больше, чем заслуживала какая-то сбежавшая рабыня, пусть даже и очень способная. И вот за дверью снова послышались шаги. Паж... и не один. С ним - двое, или трое? Кого там Бог послал на ночь глядя? Мальчишка с поклоном переступил порог. - Милорд, к вам прибыли. Говорят, дело не терпит отлагательств. - Пусть войдут, - махнул рукой герцог. Двое мужчин, шагнувших в комнату, выглядели странно без оружия на поясе. Словно без руки или без ноги. Филипп помнил их. Их и еще двоих. Последнюю группу охотников, которую он нанял пару месяцев назад. И одного взгляда на их лица было достаточно, чтобы понять: они вернулись с пустыми руками. Однако Лоран не спешил начинать разговор. Несколько мгновений он пристально смотрел на обоих, не произнося ни слова, и только когда заметил, что они начали нервно переминаться с ноги на ногу и толкать друг друга локтями, усмехнулся: - С чем явились? - Милорд, знаете... тут такое дело... - начал один и, не найдя слов, беспомощно уставился на товарища. - Что всё это значит? - Филипп нахмурился. - Мы упустили ее, - выдохнул наемник, глядя в пол. Хотя он давно привык смотреть в лицо опасности, сейчас, под взглядом этих холодных серых глаз, его душу заполнял настоящий животный ужас. Ужас перед хищником, неизмеримо более сильным. - Как это случилось? - слова одно за другим тяжело падали в тишине. - Мы следовали за ней по пятам, искали подходящего момента, а она приехала в лагерь... - Что за лагерь? - перебил его Лоран, задумчиво вертя в пальцах нож. - Добровольцы. Те, кто хочет плыть за море, - поспешно проговорил незадачливый охотник. - Их очень много, и она к ним присоединилась. - А их командир отказался нам ее выдать! - чуть повысил голос второй рассказчик. - Заладил, что, мол, она теперь во власти Церкви... Тонкие губы герцога скривились. Она в моей власти, и ни в чьей больше. Она принадлежит только мне. - И вы струсили и бежали, - подвел черту Филипп, поднимаясь с кресла. Оба наемника, каждый не уступавший герцогу в росте, торопливо попятились. Лоран окинул их презрительным взглядом. - Вон с глаз моих, - процедил он сквозь зубы. - Жалкое, ни на что не годное отребье. Когда дверь за ними захлопнулась, Филипп скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел на пляшущий в камине огонь. Плыть за море, воевать за христианские святыни с полчищами сарацин... Похвально, конечно, особенно, если бы решение шло от сердца и веры, а не от страха. Только неужели ты думаешь, что сможешь сбежать так легко? Надеешься, что я не успею подослать в отряд убийц? А ведь это так просто. Немного серебра - и даже твой фанатик-командир только плечами пожмет. Впрочем, ты права, этого можно не опасаться... Убивать - не выход. Она не умрет. Она снова будет здесь. Рано или поздно, но это должно случиться. Ее место подле него, ее мастера, ее хозяина. И он вернет ее во что бы то ни стало. Герцог усмехнулся. Вернет, примерно накажет, и снова даст в руки меч. Она дерется чертовски хорошо и чертовски... красиво. Она вообще красивая женщина. Сильная и не по-женски суровая... Хватит. Филипп раздраженно тряхнул головой, одергивая сам себя. Я тебя из-под земли достану, и ты стократ пожалеешь о своей дерзости...