Вера смотрела на Вадима и не могла ничего ответить. Она не хотела его подводить, но тревога за дочерей все равно не отступала. Какой долг был важнее – долг перед любимым человеком, или долг матери?
– Ладно. Объясню проще, – продолжил Вадим. – Я предлагаю тебе заняться тремя квартирами в элитных жилых комплексах. Каждая из них стоит по тридцать-пятьдесят миллионов. Комиссия у тебя будет три процента. Представляешь сколько это денег? Да ты за два года столько не заработаешь. Сможешь и девочек своих обеспечить и себя. Вер… Скоро жизнь в нормальное русло вернется. Все успокоятся. И в выигрыше останутся только те, кто раньше всех опомнился. То есть, такие, как мы. Теперь понимаешь?
– Понимаю, – согласно кивнула Вера. Все-таки Вадим умел подбирать слова и добиваться своего.
– Ну и отлично. Одета ты, конечно, странновато для деловых встреч, – осмотрел Вадим Веру.
– Да это я не переоделась просто. Я вчера в этом же платье была. Не помнишь разве?
– Да? – удивился Вадим. – Ну, наверное. Ладно, все иди. И вот… Соберешься ехать, машину мою возьми. Чтоб успеть везде. Да и вообще, для респектабельности.
Вадим взял со стола брелок и протянул его поднявшейся с диванчика Вере.
– Все у тебя получится, – сказал он Вере, обнял за плечи и еще раз поцеловал. Но в этот раз уже без особой ласки, а как-то напутственно. «Когда-нибудь, когда он избавится от этой компании, мы будем счастливы, как никто», – еще раз повторила про себя эту мысль Вера.
Денис торопливо выскочил из автобуса и направился в сторону дома, на первом этаже которого находился его участковый пункт. Будь его воля, он, конечно, провел бы весь день с дочерями. Но Аркадий Вячеславович, майор, начальник его отдела, дал четко понять, что, если он тут же не явится на место службы, с этого самого места он полетит пинком. А Денис, как ни странно, за эту работу держался. Несмотря на мизерную зарплату и на всю сложность профессии. Во многом это объяснялось чувством благодарности. Подводить товарища майора не хотелось. Полгода назад, когда Денис был спившимся, опустившимся человеком, только осознающим, что бесконечно утопать в чувстве вины нельзя, что у него есть обязательства перед бывшей женой, перед дочерями, что со дна надо как-то выбираться, Аркадий Вячеславович пошел ему навстречу и устроил к себе в отдел. Майор был совершенно не обязан этого делать. Да, у него не хватало людей. Но и у Дениса не было никакого опыта службы в органах, так что подмогой он был, мягко говоря, слабенькой. У него имелся только диплом юриста. Конечно, майор оказывал услугу, не Денису, а его отцу, под началом которого Аркадий Вячеславович в свое время работал, и с которым до сих пор поддерживал хорошие отношения. Но Денис все равно был ему сильно благодарен.
Отец не разговаривал с Денисом уже почти год. С момента того происшествия. За это время не обменялся с ним даже словом. Но когда нужно было помочь, все же помог. Дистанционно.
Отец злился на Дениса не за то, что тот послужил причиной смерти ребенка. А за то, что сын избежал наказания. Поднял все свои связи, «подтянул» друзей и знакомых, использовал на полную мощность все доступные коррупционные механизмы и остался-таки на свободе. Ситуацию признали несчастным случаем. Все доказательства того, что Денис проехал перекресток на красный свет, куда-то магическим способом исчезли. Сам Денис уверял, что проехал на желтый.
В то время он был уверен, что делает все правильно. Мальчика к жизни уже не вернешь. А Вера и девочки могли остаться без мужа и отца на долгие годы. Кому бы от этого было хорошо? Денис не учел одно. Собственную совесть. Она не давала ему спать, радоваться жизни, думать о будущем. Ее голос приходилось заглушать и заливать алкоголем каждый день.
В итоге он и оказался в той точке, на том краю пропасти, от которого ему и помогли отойти отец и Аркадий Вячеславович.
Но не только чувство благодарности держало его на этой работе. В первые дни и недели своей новой службы у него часто возникала мысль все бросить и снова вернуться в загул, который так хорошо заглушал все мысли и главное – чувство вины. Он и от алкоголя-то в то время так и не отказался. Да, все ограничивалось только парой бутылок пива в день или одной-двумя рюмками чего покрепче. Но снова пуститься во все тяжкие ему почти ничего не мешало.
Альтернатива алкоголю, конечно же, была. Это петля. Или пистолет, приставленный к виску. Или включенная духовка. Все это тоже бы помогло заглушить голос совести. Уже навсегда. И Денис несколько раз уже был на грани принятия рокового решения. Но всегда останавливал себя в последний момент. Хотя понимал, что рано или поздно он все же перешагнет через эту черту.