Точные линии тела, небольшие морщинки в уголках губ, да даже кости, заменяющие ей руки по локоть, выглядели как настоящие. Либо эту картину «рисовал» настоящий мастер, либо тут тоже не обошлось без магии.
— Ладно, сейчас попробуем, — сказал Кучин и двинулся вниз по ступеням.
Когда он оказался у двери, в его правой руке возник молот. Оформленная часть рукояти была красного цвета, с вкраплениями блестящих камней. Обоюдная ударная часть, покрыта орнаментом рун, с расходящимися в две стороны краями. Размером же эта громадина доходила высокому Кучину до плеча и в целом выглядела просто моё почтение.
На вид, молот, должен был весить килограмм десять, но храмовник довольно легко держал проводник в правой руке. Затем Кучин размял шею и плечи и широко размахнувшись, лупанул по двери со всего маха.
Ни взрыва, ни грома, ни даже какого-нибудь лязга не было. Храмовника просто отшвырнуло от двери так, что он спиной проехался по ведущей вверх лестнице и оказался у наших, с Правиным, ног.
— Неплохо, — мотая головой в разные стороны произнес Кучин. — Кажется на одно ухо оглох.
— Ну, теперь, мы хотя бы знаем, что пытаться выломать дверь не стоит, — с легкой улыбкой заметил Правин.
— Ну да, — всё еще приходя в себя подтвердил храмовник.
— Кто следующий? — смотря на Правина спросил я.
— Ты вроде как говорил, что это храм северян, — отходя в сторону произнес подполковник. — Поэтому я уступлю дорогу единственному северянину среди нас.
Вот хитровыделанный попался, отмычку из меня решил сделать, болт бы хоть дал, сволочь такая.
— Ладно, — нехотя согласился и пошел вниз по ступеням. — Но, если помру, буду во сне к вам являться.
Храмовник попытался что-то сказать, но я только отмахнулся рукой. В конце концов, если у меня получится открыть эту дверь, да еще и сообщение передать сможем, у Правина я буду на хорошем счету. А что может быть лучше прекрасных отношений с начальством? Наверное, только самому этим самым начальством быть.
Несмотря на мою вскрывшуюся благородность. Подполковник, наверное, может меня в любой момент на мороз выбросить, а мне оно надо? Вот поэтому лучше, до поры до времени, с ним дружить, дальше уже видно будет.
— Мысли какие-то есть? — спросил Рыжего.
— Понятия не имею, — растерянно отозвался он. — Да я даже внутрь попасть не могу. Слушай, может ну его, а?
— Нельзя, Крест, нельзя… — закусил губу и принялся внимательно разглядывать дверь.
Вблизи качество гравировки поражало еще сильнее. Изображённая женщина, выглядела еще более живой, а маленькие, поражающие своей точностью детали, просто вводили в ступор.
Не знаю зачем, но я вытянул руку и провел пальцами вдоль выверенных линий и в этот момент мой взгляд зацепился за кулон, на шее у женщины. Точнее в круглое углубление напоминающее паз.
Присмотревшись внимательнее, понял, что где-то нечто подобное видел, а потом меня осенило. Убийца! Служитель Мары дал мне монетку таких же размеров.
Пулей метнувшись от двери и игнорируя вопросы спутников, добежал до своего рюкзака и порывшись в нем, нашел кошель с той самой круглой безделицей.
— Что-то понял? — оживился Правин, когда я вновь оказался рядом.
— Посмотрим, — коротко ответил ему и начал спускаться вниз по ступеням.
— Так. На случай, если меня долбанет так же, как Кучина, — напутственным тоном сказал Кресту. — Деньги в приют для животных направишь, Правина в расход, бабам цветы, детям мороженое, штаны вместе со мной похоронишь! Всё понял?
— Договорились, — весело согласился Рыжий. — Ты главное сразу, чтобы не мучиться. А-то зачем мне калека нужен?
Нервно хихикнув, подбросил монетку вверх, перехватил её в воздухе, вставил в паз и сильно зажмурился.
Мои опасения не оправдались, я по-прежнему стоял на своем месте, живой и здоровый, а вот дверь нет. Прямо на глазах металл начал таять и исчезать, превращаясь в легкую дымку, которую быстро уносил поток затхлого воздуха подземелья.
Лестница, кстати, так и продолжила вести вниз, исчезая в густой темноте. Запах древности вперемешку с сыростью, которым несло снизу, заставил немного поежиться.
— А ты полон сюрпризов, — сказал Правин, быстро спустившийся вниз и оказавшийся у меня за спиной. — Я сейчас своих позову, не вздумайте без нас лезть внутрь.
— Не надо никого звать, — я развернулся и жестко посмотрел на подполковника. — Мой секрет, если это вообще теперь можно так назвать и без этого слишком широко разошелся. Объяснять и рассказывать, что и зачем нам нужно внизу, пока мы не проверим каждого члена отряда, это тоже полнейшая глупость. Кто-то из них может оказаться декусом, и тогда для нас это плохо кончится.