Лариса, заметив странное состояние подруги, отвлеклась от разговора с одногруппником, сидевшим ниже, и повернулась к ней. На её лице читалось неприкрытое любопытство.
— О чём ты думаешь? — спросила она, подпирая подбородок рукой.
— О своём сне, — Анна медленно моргнула, будто выходя из транса. — Представляешь, мне впервые за долгое время не приснился кошмар, как обычно. Это было что-то совершенно другое, что-то... чего я раньше ни разу не испытывала!
Глаза Ларисы загорелись озорным огоньком, она придвинулась ближе:
— Неужели тебе приснился эротический сон с какой-нибудь знаменитостью? — её шёпот был наполнен предвкушением сочной сплетни.
— Нет, — Анна удивлённо приподняла брови, отрываясь наконец от созерцания бумаги.
— Тогда, может, с нашим прекрасным профессором? — Лариса игриво подвигала бровями, намекая на их вечно опаздывающего куратора.
— Нет! — твёрдо отрезала Анна, выпрямляясь на стуле.
— Неужели со Стасиком из международных отношений? — не унималась подруга, упоминая их общего знакомого с параллельного потока.
— Да мне вообще такое не снится! — в голосе Анны проскользнули нотки раздражения.
— Тогда это неинтересно, — демонстративно фыркнула Лариса, резко отворачиваясь в другую сторону и картинно надувая губы, изображая обиду, хотя явной причины для такого поведения не существовало. В её жестах читалась наигранная театральность, которую она даже не пыталась скрыть.
Анна не смогла сдержать улыбку, глядя на эти манерные жесты. Всё же Лариса, несмотря на свой возраст и академические успехи, пребывала в состоянии вечного пубертата, что делало её одновременно и невыносимой, и невероятно очаровательной. Её детская непосредственность странным образом сочеталась с серьёзностью в моменты, когда это было необходимо, создавая удивительный контраст, который так привлекал к ней людей.
— Доброе утро всем! — произнёс Александр Викторович, торопливо входя в просторную аудиторию. Привычным жестом он достал белоснежный платок и слегка протёр очки в тонкой металлической оправе, совершенно не скрывавшие его удивительные большие голубые глаза. Аккуратно водрузив очки обратно на переносицу, он окинул взглядом притихшую аудиторию. — У меня для вас есть две хорошие новости, одна плохая и ещё одна очень плохая. С чего начать?
— С очень плохой! — выкрикнули несколько человек.
— Хорошо, — Александр Викторович прошёл к своему столу, положил потёртый кожаный портфель и, опершись на край стола, сделал драматическую паузу. — Тогда начну с очень плохой: экзамены не отменили. Как я ни упрашивал ректора, он стоял на своём.
— У-у! — прокатился недовольный гул по аудитории, отражаясь от высоких потолков.
— Тут ничего не поделаешь, — развёл руками преподаватель. — Я пытался, но правила, к сожалению, строгие. Впрочем, думаю, большинству из вас не составит труда договориться с преподавателями об автоматах или отсрочке по уважительной причине. — Он помедлил, постукивая пальцами по деревянной поверхности стола. — Теперь, пожалуй, перейду к плохой новости: нашу поездку в Египет отменили.
— У-у! — снова взорвалась аудитория возмущёнными возгласами.
— Эта новость намного хуже первой, — произнёс высокий студент с последней парты, откидываясь на спинку стула.
— Анна, ты слышала? Ну что за новость, конечно, кто бы мог сомневаться! — тихо произнесла Лариса. Она выглядела так, словно у неё отобрали самую вкусную конфету на свете.
— Я тоже не в восторге, вот ужас! — расстроенно ответила Анна. Хотя в глубине души она испытывала облегчение — ей совсем не хотелось покидать родной город.
— Все успокойтесь, успокойтесь! — Александр Викторович поднял руки, призывая к тишине. — Ведь есть и хорошие новости! Первая: да, мы не едем в Египет, но зато отправляемся в Румынию. А вторая хорошая новость в том, — он выдержал паузу, обводя взглядом притихших студентов, — что нам удалось заручиться поддержкой и приглашением друга детства нашего мецената — Артура Фрейджира.
— А кто это такой? — подал голос щуплый первокурсник, сидевший у окна.
— Ты что, не знаешь? — резко развернулась к нему девушка с первой парты. Её огромные круглые очки поймали солнечный луч, на мгновение превратившись в два ослепительных диска. — Об этом в новостях трубят уже неделю. Это американский миллиардер, который непонятно каким образом приобрёл замок Дракулы.