— Шарлотта.
Коробочка снова открылась.
— Не стоит, — я резко обернулась к нему. — Не стоит, Эрик, правда. Ничего страшного, не нужно надевать то, что…
Он развернул футляр ко мне, и я замерла.
Внутри, на темно-синем бархате, ничего не было.
Не веря своим глазам, я смотрела в раскрытую коробочку, пытаясь осознать то, что произошло. В этом доме не было никого, кто мог бы взять часы: ни Сюин, ни Тхай-Лао на такое не пойдут, но часов не было.
— Я не… — растерянно взглянула на Эрика.
— Шарлотта…
— Я не знаю, как так получилось! Это не розыгрыш, Эрик, возможно, может показаться, что у меня на такой подарок не хватило бы денег, но на новой работе…
Он положил футляр на туалетный столик, взял меня за плечи.
— Шарлотта, я знаю.
— Знаешь? Что ты знаешь? Я ведь готовила тебе подарок, хотела тебя порадовать, и…
— Ты меня порадовала, — серьезно произнес он. — Ты даже не представляешь, как.
— Чем? — усмехнулась я. — Пустой коробочкой?
— Вниманием.
— Дорого ли стоит внимание, — пробормотала я, пытаясь вывернуться из его рук, но он не позволил. Напротив, сильнее сжал мои плечи и как следует встряхнул:
— И это говоришь ты? Женщина, которая отказывалась принимать от меня подарки? Или если бы я не принес тебе это, — он подцепил пальцем украшение на моей груди, — ты бы расстроилась?
— Нет, но…
— Но — что, Шарлотта?
— Ты бы не расстроился, если бы открыл коробку, и вместо этого, — я повторила его тон, — получил возможность надеть на меня пустоту?
— Расстроился бы. Но ненадолго, потому что главное у меня в руках, — произнес Эрик, глядя мне в глаза и поглаживая пальцами плечи. — Потому что я знаю, что тебе наплевать на все подарки мира, что тебе нужен только я. Так почему ты думаешь, что для меня важнее это?
Он кивнул на пустой футляр.
— Не думаю, — прошептала сдавленно. — Но я правда очень хотела сделать тебе подарок…
— Сделаешь еще не один раз, — он отпустил мои плечи и коснулся подбородка. — Напишешь много чудесных картин, которые будут выставляться в лучших залах мира, и у тебя будет возможность дарить мне любые подарки, если это для тебя важно. Правда, самый большой подарок ты мне уже сделала, когда согласилась стать моей женой. И я знаю только один, который будет мне настолько же дорог.
— Какой? — спросила я, глядя ему в глаза.
— Наш ребенок, Шарлотта.
От такого на щеки плеснуло краской.
— Эрик… — смущенно пробормотала я. — Не думаю, что нам стоит говорить об этом до свадьбы.
— Говорить об этом мы можем когда угодно, а вот к воплощению этой идеи точно приступим после свадьбы.
Я покраснела еще сильнее.
— И, пожалуй, после того, как объедем весь мир.
— А мы объедем весь мир? — улыбнулась.
— Разумеется. Я хочу показать тебе каждый его уголок, — он поцеловал меня в губы. — А теперь пойдем. На экипаже добираться дольше, чем на мобиле.
Наемный экипаж мы решили вызвать, потому что ехать в таком платье в мобиле не представлялось возможным. К тому же, Эрик заявил, что в Мортенхэйме ночевать не намерен, а игристое вино лучше не сочетать с вождением. То есть приглашали-то нас, разумеется, как и всех — на бал, праздничный ужин и фейерверк, после чего гостям предлагалось остаться и на следующий день, но он был непреклонен в своем желании вернуться в город.
— Эрик, кто мог их взять? — кивнула на пустую коробочку. — Ведь у тебя по всему дому десятки защитных заклинаний и сигнальных артефактов, я просто не представляю…
— Я представляю.
Что?
Моргнула, растерянно уставившись на него.
— Агольдэр, Шарлотта. Вероятно, это был он. Больше некому.
Пока я силилась объять сказанные им слова, Эрик продолжил:
— Я обещал тебе, что займусь вопросом агольдэра, и я им занялся. Помня о том, что обычные ловушки и сигнальная магия в его случае не работают, воссоздал и переработал одно древнее заклинание. Помнишь, я рассказывал тебе о некромагии во времена армалов? О том, что они могли заключать в оболочку призрака сознание?
Помнила я весьма смутно, но сейчас кивнула. Если честно, эта тема казалась мне настолько жуткой, что даже сейчас по коже прошел мороз.
— Разумеется, агольдэр — не призрак, но я предположил, что создатель первого монстра частично опирался на опыты тех магов. В те времена призраки обретали форму, подчиняясь темной магии, и я решил кое-что проверить. Поставить сигнальные нити, способные оповестить о вторжении потустороннего существа, которое становится материальным.