Эрик…
Всего пять дней без него. Целых пять дней без него, но кажется, что прошла вечность.
Как же я по нему скучала! Наверное, гораздо больше, чем готова себе признаться.
Поэтому так упорно гнала мысли о Камилле, поэтому так упорно старалась не думать о том, что нас ждет. Но не думать не получалось: сколько бы я ни уговаривала себя, что мы знакомы до неприличия мало, их (этих неприличий) в нашей жизни было уже гораздо больше, чем у любовников, которые провели вместе несколько лет. Хотя я даже приблизительно не представляла себе, как любовники проводят вместе годы. Точнее, что заставляет людей быть просто любовниками, если они по-настоящему хотят быть вместе.
Впрочем, об этом я тоже старалась не думать.
Зато твердо решила, что когда наши отношения станут немного более понятными, поговорю с ним об Ирвине. Возможно, мне даже удастся совместить две разные жизни, на границе которых я оказалась. По крайней мере, мне бы очень хотелось в это верить, а пока…
Пока мне нужно на работу.
На работу, где меня тоже ждет магия, только магия кисти и красок: наши декорации «оживали» на глазах, пусть даже понемногу, а ведь столько всего еще предстояло сделать!
Еще на работе мне удавалось отвлечься от мыслей и счета дней.
Я коснулась артефакта, предупреждая Сюин о том, что спускаюсь. Первое время чувствовала себя странно, когда мне накрывали на стол и подавали одежду, но сейчас я уже начала к этому привыкать. Единственное, от помощи с прической и в одевании отказывалась: мне казалось неловким заставлять человека делать то, что я могу сделать сама. Правда, когда попыталась помочь Сюин убрать после обеда посуду, она как-то странно на меня посмотрела и сказала, что справится.
Прошла по коридору, недлинному, поворачивающему к лестнице, шагнула вперед и застыла. В холле, который отсюда отлично просматривался, стояли Тхай-Лао и Эрик. Услышав мои шаги, он повернулся.
Мгновение, невыносимо долгое, мы смотрели друг на друга.
Потом он стремительно шагнул к лестнице, а я бросилась вниз.
К нему.
Остановились мы тоже почти одновременно: я «поймала» себя на небольшой площадке, на повороте лестницы. Эрик — на последней ступеньке, перед тем как подняться ко мне. Большей неловкости я, наверное, в жизни не испытывала, вот только сейчас смотрела на него и не могла насмотреться.
— Доброе утро, — произнесла смущенно. — Не думала, что ты вернешься так скоро.
— Это значит, что ты рада меня видеть, или не очень?
Рада ли я?!
Неожиданно Эрик улыбнулся, улыбнулся той короткой и нечастой улыбкой, которая отражалась в его глазах, и я задохнулась от нахлынувших на меня чувств.
— Тебе нравится меня дразнить?
— Нет, Шарлотта, это тебе нравится дразнить меня.
Мы стояли друг от друга от силы в нескольких футах. Эрик едва касался перил, и я тоже. Создавалось такое чувство, что сквозь них наши пальцы уже соприкоснулись. Чем еще объяснить это сумасшедшее покалывание в подушечках? Разве что взглядом, повторяющим контур моих губ, скользящих по плечам и груди, обжигающим кожу даже через одежду. Этот взгляд говорил гораздо больше, чем могут сказать любые слова, поэтому я судорожно вздохнула.
— И чем же я тебя дразню, можно узнать?
— Ну как же, — он шагнул вперед, повторяя узоры дерева на перилах кончиками пальцев, — сначала бросаешься ко мне, а потом замираешь, словно передумала.
— Я не…
Покосилась вниз, но Тхай-Лао уже ушел.
— Знаю, ты не передумала, — несколько футов между нами уже превратились в один. — Просто это неприлично, так выражать свои чувства.
Эрик остановился совсем рядом, почти касаясь пальцами моих. Он был без перчаток, и при одной только мысли о том, как они скользят по моей щеке, бросило в дрожь.
— Совершенно верно, это неприлично, и…
— Если ты еще раз произнесешь слово «неприлично» в моем присутствии, я тебя накажу.
Кто о чем!
— Ты сам его только что произнес! — воскликнула я. — И… и если честно, я просто растерялась. Я не ждала тебя так рано, потому что ближайший поезд из Ольвижа прибывает завтра вечером, но я не могла быть уверена, что ты даже им приедешь, поэтому…
— Ты ходила смотреть расписание поездов?
Ой.
— Я не… просто случайно оказалась у железнодорожного вокзала, и…
И случайно оказалась у стенда, где выставлено расписание поездов, да.
— Ты действительно скучала по мне так сильно?
Невозможно смотреть в эти глаза и пытаться скрыть то, что рвется из самого сердца.
— Действительно, — выдохнула я. — Очень.
— Поцелуй меня, Шарлотта.
— Что? — переспросила от неожиданности.