— Поцелуй меня, — повторил он.
Его рука по-прежнему касалась перил в каких-то дюймах от моей, но в ушах зашумело отнюдь не от этого. Эрик уже просил меня его поцеловать, но тогда я не чувствовала того, что сейчас. Например, этого голодного взгляда: по-настоящему, по-мужски голодного. Почему-то именно это дикое сравнение пришло в голову, и, хотя у меня не было никакого опыта в любовных играх, сейчас это была не игра. Возможно, ему хотелось так думать, но для него это было не менее важно, чем для меня.
Поэтому именно я сократила последние дюймы расстояния между нами, скользнула кончиками пальцев по его запястью. Коснулась губами губ, обвивая плечи руками, чуть приподнялась на носочки. Правда, прежде чем успела вздохнуть, меня рывком притянули к себе, вплетаясь пальцами в волосы. Поцелуй вышел настолько яростным, что перехватило дыхание. Я тихо всхлипнула и услышала хриплый вздох, ожегший мой рот едва ли слабее настойчивых губ. Заставляющих раскрыть мои, позволяя Эрику скользнуть языком по кромке нижней, сдавить ее зубами, вызывая приятную дрожь от непристойного чувства и нежности, смешанных воедино.
Вздрогнула, когда его ладонь коснулась моей шеи над жестким воротничком платья. Эрик судорожно вздохнул и медленно разомкнул наши губы. Так медленно, что от этой необычной ласки низ живота сладко потянуло.
— Ох, Шарлотта, — низкий полный желания голос и абсолютно сумасшедший темный взгляд. — Тебя нельзя оставлять одну.
— Почему? — тихо спросила я, понимая, что мне совсем не хочется, чтобы он меня отпускал. Но он и не отпускал, продолжал удерживать: лицом к лицу, глаза в глаза, и это было так же интимно, как и то, что он только что творил с моим ртом.
— Потому что ты начинаешь думать о приличиях.
— Это плохо?
— Можешь думать о них, сколько хочешь. Когда меня нет рядом.
Невольно вскинула брови:
— То есть когда тебя рядом нет, я должна быть приличной мисс?
— Обязана, — он чуть потянул меня за волосы. — Неприличной ты будешь только для меня.
От того, как это было сказано, к щекам прилила кровь.
— Тебе это слово говорить можно?
— Мне да.
Эрик снова скользнул по моему лицу ласкающим взглядом.
— Мне нравится твоя новая прическа.
Всевидящий!
Я содрогнулась, потому что он сильнее потянул за косу. Не больно, но так… собственнически-властно.
— Кажется, я понимаю почему, — прошептала, глядя ему в глаза.
Глаза, которые сейчас сияли, несмотря на залегшие под ними темные круги: усталость. Осознание этого захлестнуло меня с головой.
— Ты сразу пришел ко мне?!
О последнем говорила и небрежная прическа, и чуть смятый манжет рубашки, выглядывающей из-под задравшегося рукава пальто.
— Конечно, я пришел к тебе, моя девочка, — хрипло выдохнули мне в губы.
Жестко и в то же время так искренне-откровенно.
Ох…
Как ему удается быть таким… и таким одновременно?! Мне бы хотелось стоять так еще долго-долго, но ему нужно домой, отдохнуть. Да и мне, кажется, пора. Но как же не хочется его отпускать…
— Эрик, — прошептала еле слышно. — Я опоздаю на работу.
Он нахмурился, но все-таки разжал руки.
— Я тебя провожу. Тхай-Лао уже вызвал экипаж.
Улыбнулась:
— Буду рада.
— Мяу!
Требовательный вопль мисс Дженни мог означать только одно: «Я проснулась и готова есть». Учитывая, что здесь ее кормили только на кухне, кошке это совсем не нравилось. Она привыкла, что поблизости всегда есть блюдечко с тем, чем можно перекусить между честно пойманными на охоте мышами, голубями, а летом еще и кузнечиками. Поэтому сейчас мисс Дженни сидела, задрав голову и укоризненно глядя на меня, в желтых глазах застыл немой вопрос: «Почему мне не подали завтрак?»
Прежде чем я успела ответить, Эрик наклонился и подхватил пушистую вымогательницу на руки.
— Ш-ш-ш-ш-ш! — она замахнулась лапой.
— Ш-ш-ш-ш! — он молниеносно перехватил ее за шкирку, и кошка передумала драться. — Ну что, готова к новому переезду?
Мисс Дженни моргнула. Я тоже.
— Отдай! — опомнившись, отняла болтающегося тряпочкой зверя у этого изувера. Только сейчас до меня дошло: — Какой переезд?!
— Ты переезжаешь ко мне, Шарлотта.
— Куда?
Глупее вопроса не придумаешь, но он вырвался сам собой.
— В Дэрнс, — Эрик кивнул вниз, где уже снова возник Тхай-Лао.
По умению появляться этот иньфаец ни в чем не уступал призраку: такой же бесшумный и внезапный.
— Эрик, я не могу жить в твоем доме, — прижимая мисс Дженни к груди, покачала головой.
— Пойдем. Поговорим по дороге, — он отступил, пропуская меня вперед.