Волосы — слиплись, прилипли к лицу и плечам.
Я вижу, как её ноги подгибаются.
Она шепчет — еле слышно:
— Не… нет… пожалуйста…
Протягивает руки, словно защищается от меня.
И в этот момент я готов уничтожить всё вокруг.
Разорвать каждого, кто посмел её тронуть.
Повернуть время вспять, только бы вернуть блеск в её глазах.
Она теряет сознание.
Я бросаюсь и ловлю её прежде, чем она ударится об пол.
Поднимаю на руки.
Грею её в ладонях, будто можно согреть то, что сейчас внутри неё трещит по швам.
Осматриваю быстро.
Нет. Это не её кровь.
Но губа рассечена, на скуле набухает гематома.
Она боролась.
Конечно боролась.
Если бы это была не она — всё могло закончиться иначе.
Но она — сильная. Чёртова дикая львица.
Я прижимаю её к себе и иду к выходу.
На пороге — Макс. Без майки, с паникой в глазах, весь в крови.
Он делает шаг ко мне, но мой взгляд останавливает его.
— Она жива.
— Я её забираю. Там будет безопасно.
Я не жду ни слова.
Прохожу мимо, чувствую, как напрягся каждый мускул.
На лестничной площадке — Арт и Нат с пушками наперевес.
— Блядь, босс…
— Нужен врач?
— Да. Ко мне, в пентхаус.
— Позовите чистильщиков. Пусть уберут этот мусор.
— Рассмотрите тела. Если есть татуировки — сфотографировать.
Иду дальше.
Один из ребят открывает заднюю дверь.
Аккуратно укладываю её на сиденье.
Она — в крови, но спит.
А я сажусь за руль и давлю на газ.
Никто. Больше. Не прикоснётся к ней.
Я захлопываю дверь пентхауса ногой, прижимая её к себе крепче. Она почти невесомая — будто сломанная кукла в моих руках.
Быстро прохожу в спальню, опускаю её на постель.
Она всё ещё без сознания. Дыхание неровное. На лбу испарина. Волосы липнут к коже, а вся кожа — в крови.
Я не могу на это смотреть.
Скидываю пиджак, закатываю рукава и иду в ванную. Набираю воду, срываю с держателя мягкие полотенца, приношу таз с тёплой водой, беру чистую ткань.
Сажусь рядом, опускаю ткань в воду — и начинаю аккуратно смывать кровь с её лица.
Она не шевелится. Только иногда чуть вздрагивает, будто тело всё ещё отзывается на ужас.
Кровь подсохла. Где-то нужно прилагать усилие, но я стараюсь быть максимально осторожным.
Щёки, виски, шея, ключицы. Грудь — прикрыта тканью, я аккуратно протираю по краю. Не могу позволить чужой грязи остаться на её теле.
Вижу, как прядь волос прилипла к щеке — осторожно освобождаю её, провожу пальцами по коже. Хрупкая.
Холодная.
Затем замечаю красные пятна на её ногах.
Тонкие, уже начинающие вздуваться.
Ожоги. От кофе.
Тихо выдыхаю сквозь зубы.
— Сука, — почти шепчу себе.
Протираю и ноги — аккуратно, стараясь не касаться обожжённой кожи напрямую. Холодная ткань — хоть что-то. Она слегка вздрагивает.
Порез на ступне. Неглубокий, от разбитой чашки. Маленький, но кровь уже подсохла. Промываю, обрабатываю антисептиком.
В этот момент заходит врач. Молча кивает, открывает кейс.
— Состояние стабильное. Шок. Перегрузка. Физически — ран немного, психика… — он качает головой. — Но жить будет. Вы вовремя её забрали.
— Уверен?
— Да. Я обработаю губу, зашивать не нужно — сам затянется. Остальное — ожоги первой степени, и тот порез. Сутки покоя, и, если вы позволите, я введу успокоительное.
Я киваю. Говорить не хочу. Говорить — значит признать, как сильно меня рвёт изнутри.
Врач работает чётко. Я стою рядом, ни на секунду не отхожу. Мои пальцы стискивают край комода так, что побелели костяшки.
Когда он заканчивает, прикрывает её пледом, я только шепчу:
— Я сам прослежу, чтобы она отдыхала.
— Позвольте, я загляну завтра утром?
— Да. И пришли нам медика, пусть будет дежурить внизу.
Врач кивает и уходит.
А я сажусь рядом на край кровати.
Смотрю на неё. На её руки. На её лицо, уже без крови.
Только следы боли остались.
Но она жива.
Она здесь.
Глава 15
Аэлита
Я очнулась, будто из бездны. Голова гудела так, словно внутри кто-то бил в стены. Тяжело… громко… противно. Я пошевелилась и тут же зашипела — губа вспыхнула острой болью. Я дотронулась до неё пальцами — кожа была сухая, натянутая, и будто треснула.
— Чёрт…
Что… Что со мной?
Мозг ещё плыл в тумане, но внутри уже зашевелилось что-то беспокойное. Тревожное. Тягучее. Страшное.
И вдруг — всё разом. Вспышками, без предупреждения.
Мрак. Кошмар. Тот мерзкий, липкий ужас в квартире. Чужая тень. Взрыв паники. Хлопок — выстрел?