Я просто легла на кровать, уткнулась лицом в подушку и позволила себе впервые за долгое время — не думать. Просто уснуть. Хотя бы на немного.
Глава 18
Алекс
Нико молча закрыл за собой дверь, бросив короткий взгляд в сторону коридора. Его глаза на мгновение задержались на той части квартиры, где осталась Аэль, и я сразу понял, к чему он клонит.
Он откашлялся, будто ненароком.
— От тебя пахнет слабостью, Волконский.
Я повернулся к нему. Спокойно. Но внутри уже закипало.
— Не пизди, Нико.
— Я не пизжу, — он пожал плечами. — Я просто говорю, как есть. Твоя девочка — заноза в твоей системе. А ты начинаешь вокруг неё виться. Я видел, как ты на неё смотришь. Не так мужик из нашего круга смотрит на женщину, которую просто трахают для разрядки. Ты на неё дышишь, Алекс.
Я прищурился, напряжение между нами сгустилось, как перед грозой.
— У тебя с языком всё нормально?
— Более чем, — холодно бросил он. — Ты сам ко мне пришёл за помощью, помнишь? И если я в этом варюсь, то должен понимать, во что мы вляпались. Шпионы исчезают. Мы впритык подходим к конфликту с кем-то, кто работает тонко, бесшумно. А ты… Ты в этот момент пялишься на женщину так, будто впервые влюбился.
Я сделал шаг ближе, понизив голос.
— Осторожнее, Нико. Ты забываешь, с кем говоришь.
Он усмехнулся.
— Нет. Я как раз очень хорошо помню. Ты — будущий Пахан. Но пока только «будущий». И если ты сейчас свалишься в чувства — ты хоронить будешь не только себя. Всё, что ты строишь — пойдёт по пизде.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Столкновение двух хищников. Ни один не уступал.
Я сжал челюсть и развернулся, чтобы разрядить внутреннее напряжение. Потом выдохнул.
— У меня есть план, — проговорил я жестко. — И по поводу отца. И по поводу этой свадьбы. Всё под контролем.
— Надеюсь, ты уверен в этом. Потому что если ты просрешь момент — никто тебя не будет жалеть. Ни я, ни твои люди, ни отец.
— Никто и не должен. Но запомни — про этот план знаем только ты и я. Ни Лазарь, ни Сэм, ни даже Ева. Это между нами.
Нико кивнул, его лицо стало снова непроницаемым.
— Тогда не тяни с ходами, Алекс. Потому что кто-то уже двигается на доске быстрее нас.
Я посмотрел на Нико, не скрывая напряжения. Всё, что он говорил, имело вес, и в какой-то момент я понял, что нельзя позволять этим разговорам тянуться. Я всё больше ощущал, как его слова начинают давить на меня.
— Ты говорил, что шпионов у нас больше нет. Почему? — я не пытался скрыть раздражение. — У меня не хватает времени на твои разговоры о “потерянных людях”. Кто это делает? Где твои ответы?
Нико зловеще усмехнулся, его взгляд был безжалостным, как всегда.
— Это не твоя забота, пока ты не будешь Паханом. Когда ты возьмёшь власть, всё будет на тебе. Пока что ты, как все остальные, платишь за свои ошибки. Мы потеряли людей, потому что кто-то всегда подставляет нас. Тёмные дела, которые делают те, кто на виду, и не только они. Ты видел, что творится с нашей территорией. Всё изменилось, и нам нужно решить, кто будет отвечать за это. Это всё вопросы контроля.
Я стоял, не двигаясь, понимая, что ситуация гораздо сложнее, чем я думал. Нико прав. Все мои действия — это баланс на грани. Но в этот момент мне было не до размышлений.
— Кто это? — я говорил резко, мой голос был холоден, как лёд. — Я не терплю подстав. Кто забирает людей?
Нико медленно выдохнул, чуть сдвинув плечи.
— Если бы я знал, я бы давно уже послал этого урода в ад. Но пока ты не Пахан, всё это остаётся под контролем тех, кто на самом верху. Мы теряем людей, но мы не можем трогать тех, кто стоит за этим. Знаешь, что это значит? Это значит, что пока ты не возьмёшь власть, мы будем терять ещё больше. А твой отец — не тот, кто нужен. Он не сделает этого. Он стар.
Его слова были как холодный нож. Я почувствовал, как этот разговор ставит меня на грань. Нико прав. Я должен был стать Паханом, если не хочу оказаться в уязвимой позиции.
— Ты хочешь, чтобы я стал Паханом, потому что тебе это выгодно, — я не скрывал своей прямоты. — Ты ведь не скрываешь, что хочешь работать со мной. Потому что с этим не справится никто другой.
Нико снова взглянул на меня, не двигаясь. Он не подтвердил, но и не опроверг. Его молчание было всего лишь подтверждением того, что я прав.
— Ты не дурак, — сказал он, повернувшись к окну. — Я хочу, чтобы ты был на месте, потому что в этом есть смысл. Ты тот, кто может удержать власть. Если ты не возьмёшь её, ты рискуешь потерять всё, что у нас есть. И не только ты. Мы все рискуем. Это бизнес. Твоя жизнь? Мой интерес — чтобы ты её не потерял. Но если будешь продолжать так же тянуть, не получишь ничего, кроме твоей чертовой паранойи и террора вокруг. Я не собираюсь помогать тому, кто не может выбраться из своих страхов.