Борис Орлов смерил меня тяжёлым взглядом, полным ленивого презрения. Его губы скривились в подобии усмешки.
— Волконский всегда знал, как выбирать… интересных гостей, — пробурчал он, делая акцент на последнем слове.
Его жена, Наташа, стояла рядом, словно стараясь стать незаметной. В её взгляде читалась усталость и страх — выученные годами рядом с таким человеком, как Борис.
А Елена…
Она смотрела на меня, словно оценивая товар на витрине, высокомерно, ядовито. Сучка — подумала я. И вместе с тем где-то глубоко под этой маской была дрожь. Страх быть раздавленной. Я видела его, как ни пыталась она его скрыть.
Я выдержала их взгляды, сохранив на лице вежливую полуулыбку.
— Очень приятно, — сказала я спокойно, заставляя себя не показывать ни капли неуверенности.
Ева едва заметно сжала мою руку — поддерживая.
Борис фыркнул и отвернулся, словно я уже наскучила ему. Елена всё ещё смотрела, вцепившись взглядом, а Наташа… Наташа смотрела в пол.
Сергей же стоял, словно скала — спокойный, холодный и недоступный. Его присутствие одним только фактом давало понять: здесь я под его защитой.
Сергей Волконский всё ещё стоял с Борисом и его женой, но не успели мы обменяться с ними формальностями, как к нашему небольшому кругу присоединились ещё трое. Их приближение ощущалось заранее — не по звуку шагов, а по тому, как изменилась атмосфера в зале. Как будто воздух стал плотнее.
Первым я заметила мужчину с суровыми чертами лица и пронизывающим, почти стальным взглядом. Его седевшие волосы были аккуратно зачёсаны назад, а костюм сидел идеально — подчёркивая мощные плечи и военную осанку. В его глазах — тот же серый холод, что и у Сергея. Он шёл первым, а за ним — миниатюрная женщина с идеальной осанкой, одетая со вкусом, но скромно. И третий — высокий, уверенный шаг, лёгкая, будто насмешливая полуулыбка на губах и глаза цвета ледяного неба. Его невозможно было не заметить.
— Влад, — кивнул Сергей своему брату. — Мария. Лазарь.
— Сергей, — отозвался мужчина с хрипотцой в голосе и крепко обнял его, после чего пожал руку Борису, как два равных хищника, оценивающих друг друга.
Я почувствовала, как Ева заулыбалась рядом со мной, когда Лазарь подошёл ближе. Он притянул её к себе в крепкие объятия, легко и тепло, будто они виделись сто лет назад. И всё же я видела, как за его улыбкой пряталась нечто большее — острота, сила, хищничество.
Он повернулся ко мне, и его взгляд скользнул по мне сверху вниз. Не вульгарно — нет. Скорее так, как охотник оценивает новое оружие: красиво ли, удобно ли лежит в руке, не подведёт ли в бою.
— А это кто у нас такая? — спросил он, глядя на Еву, хотя продолжал разглядывать меня.
— Это Аэль, — ответила Ева, возвращая ему лёгкую улыбку, но всё же стараясь держать дистанцию. — Она наша гостья .
— Слышал о тебе, — с мягкой усмешкой произнёс Лазар, беря мою руку. Его пальцы были тёплыми, сильными, и несмотря на лёгкость прикосновения, мне показалось, будто он мог в любую секунду сжать руку так, что сломает кость.
Он поднёс мою ладонь к губам, чуть коснувшись её кожи, и я заметила, как по его шее выглянули татуировки, уходящие под ворот рубашки.
— Приятно познакомиться, Аэль, — тихо добавил он, и я чуть кивнула в ответ, сдерживая пульс.
— Ты всегда такой вежливый? — раздался фыркающий голос рядом.
Елена. Она стояла в полушаге от нас, скрестив руки на груди, и, не скрывая яда, смотрела на нас с Лазарем.
— Поделишься, Лазарь, теми самыми слухами? Или всё слишком неприлично?
— Не для этой компании, — хмыкнул он, бросив ей лукавый взгляд. — Но, боюсь, ты слишком завидуешь, чтобы слушать без комментариев.
Он сказал это легко, игриво, и всё же я почувствовала, как у Елены задергался уголок губ — будто ей наступили на больное.
Сергей тем временем уже отошёл к другим гостям, оставляя нас в мини-группе, и я ощутила, как мой мир постепенно превращается в клетку из шелков и взглядов — вроде всё красиво, изысканно, но уйти отсюда без разрешения уже невозможно.
Лазарь неспешно посмотрел на Еву, потом на меня, и его улыбка стала ещё шире, как у хищника, обнаружившего в лесу пару оленят.
— Что скажете, леди? — протянул он с лукавой вежливостью. — Прогуляемся, по саду ?
Он подал свой локоть Еве, затем повернулся ко мне и предложил свой другой. Его рука была сильной, уверенной, а манеры — безупречными, почти старомодными. Я чуть замялась, но Ева уже вложила свою ладонь в его руку и ободряюще кивнула мне.
Я протянула руку, собираясь принять его жест, когда вдруг…
Время будто остановилось.
Ледяной ветерок, не касаясь кожи, пронзил воздух вокруг меня. Холодное, тяжёлое присутствие навалилось так внезапно, что дыхание перехватило. Я замерла с поднятой рукой, словно пойманная в капкан.