Ощутила поверх своей руки тёплую и мягкую, бросив на неё взгляд, увидела, как он покрывает мою. Этот жест внушал защиту и покровительство, тем не менее я попыталась высвободить. Тщетно. Заметив движение, он нежно обернул её своими длинными пальцами. Нахмурив брови, вопросительно посмотрела на мужчину, зрение прояснилось. Высокий! Под чёрным классическим костюмом и белой рубашкой пряталось крепкое, но не спортивное тело, без видимых недостатков. Тёмно-русые волосы стильно уложены зачёсом назад. Утопающие под нависшими бровями большие глаза в обрамлении густых, слегка закрученных ресниц смотрели пронизывающим взглядом. Пожалуй, весь вид говорил о высоком положении в обществе, и только мягкая улыбка на ярко очерченных губах немного снимала напряжение. Меня смутило некомфортное положение. Я на больничной кровати, голая, укрытая одеялом. Ситуация совершенно не для знакомства с импозантным мужчиной.
— Не бойся меня Анна, — приятный, грубоватый с хрипотцой голос, отразился на ритме моего сердца, оно решило споткнуться и тут же ускориться. Мужчина встревоженно посмотрел на экран аппарата, от которого шли провода под моё одеяло. — Я должен тебе так много рассказать! - Вернул на меня преисполненный нежностью взгляд. - Знай! Тебя очень долго искали.
Мной овладела растерянность. Кому я нужна? Обычная девушка. Про себя всегда думала, как о серой мышке, а здесь стоит красавчик, и говорит, вот это всё. Он явно перепутал меня с кем-то! Моё богатство, это длинные светлые волосы, что на солнце отливают золотом, если только свежевымытые, но они всегда убранные в хвост. Несвойственна блондинкам смуглая кожа, зелёные, с примесью коричневого, болотного цвета глаза, обычный нос, хотелось бы меньше, но он вот такой, средней пухлости губы, хотелось бы пухлее, но что есть, то есть. Живу с бабушкой в родительской квартире, их практически не помню, меня растила только она. Мои родители любили путешествовать, из одного они так и не вернулись. В шесть лет я могла попасть в детский дом, но бабушка, папина мама, занялась моим воспитанием. Больше родни у меня не было. Мужчина словно услышал эти мысли, произнёс:
— Теперь всё будет хорошо. Я рядом.
Я же хлопала глазами, осознавая, вдруг?
— Вы мой родственник?
Он улыбнулся, обнажая слишком белые ровные зубы. Прибавляя мне ещё больше комплексов.
— Я больше, чем родственник, считай меня своим самым верным и надёжным другом.
Не только слова, произнесённые с душевным теплом, но и многозначный взгляд сбивали с толку. Подумала, наверно всё-таки с моей головой что-то случилось, когда я падала в обморок. Это мираж или игры разума? Свободной рукой провела в воздухе, разгоняя перед собой воображаемый образ мужчины. На что он наклонился, поцеловал мою руку и спокойно направился к выходу, уже там обернулся положив руку на крашенный белой краской косяк, прищурив глаза произнёс:
- Восстанавливайся скорее. — Оттолкнувшись рукой, скрылся за дверью палаты. Словно уходить не хотел, но надо.
А я подумала, ему нет ещё тридцати.
— Приподнялась на локтях, ощутив лёгкость, села на кровати. Вот тебе, на! История. Даже интересно, что дальше? Кто он? Тут меня накрыла паника. Бабушка, она лежачая! Надо срочно позвонить домой.
Осторожно отцепила провода соединяющих меня с аппаратом, помещение заполнилось противным звуком. Из одежды только трусики. Прикрываясь одеялом, увидела свой немодный мобильный на прикроватной тумбе, потянулась к нему.
— Алло, бабушка, как вы там? С вами всё хорошо?
В трубке услышала скрипучий от старости голос.
- Нормально я. Ты где внуча?
- Бабушка, я скоро приду домой.
- Я думала, сбежала от старухи. - Было слышно как она облегчённо выдохнула.
- Сколько меня не было, бабушка? - Я затаила дыхание.
- Кажись сутки. Почему спрашиваешь?
- Ладно бабуль. Я скоро буду. Целую.
Сбросила звонок.
Пробежалась глазами по слишком комфортным больничным покоям. Стены ровного бежевого цвета, комнату освещало солнце через пластиковое окно, такие ставят только в кабинетах врачей. Помню, когда бабушку положили в больницу, так там были жуткие условия, по шесть человек в палате и окна закрашены настолько, что как ни пытайся открыть не получится. Посмотрела я на это и забрала её домой. Теперь потихоньку справляюсь сама, лишь иногда приходит врач и обречённо на меня посматривает, своими уставшими от жизни глазами. Трудная у этих женщин врачей работа! Здесь же по центру комнаты одна кровать и у стены мягкий маленький диван. Непривычно для больницы, на стене висел телевизор, который сейчас был выключен, ближе к выходу стоял платяной шкаф, вероятно, там мои вещи. Обернувшись в одеяло, раскрыла его дверцы. Сняла с вешалки прошлогоднее серое пальто. Джинсы и синяя трикотажная кофта аккуратно были сложены на полке. В углу я заметила футляр мальчика. Повертела в руках, но открыть не получилось, да и лёгкий он был какой-то. Облачившись в свои наряды, вышла из палаты прихватив инструмент, надо будет его отдать, а как, потом разберусь. Навстречу по слабо освещённому коридору бежала хрупкая, встревоженная медсестра средних лет.