Самым же отталкивающим было то, что жертва безумного садиста (или самого Города, что не суть важно) была в какой-то степени живой. Интересно, как она до сих пор не умерла от потери крови и болевого шока? Магия? Пожалуй, но не только и не столько. Присмотревшись повнимательнее, я заметил странные нити, уходящие от искалеченного тела в разные стороны. Да и не нити даже, а скорее кровеносные сосуды. В моей голове мелькнула шальная, но интересная догадка, которую несомненно следовало проверить и чем быстрее, тем лучше.
— Шэрол, кончай страдать от последствий неуемного любопытства и обрати внимание на другое, не менее интересное, но более приличное зрелище.
— Еще одно зрелище?! — взвыла та не хуже кошки, которой наступили на хвост. — Мне и этого хватило. Я, если ты запамятовал, не работник морга, а всего лишь недоучившаяся оккультистка, специализирующаяся на демонологии. Это тебе такое не в диковинку…
Ну все, завелась как бензопила "Дружба", теперь она может долго высказывать свое обо мне мнение. Слушать его мне все равно малоинтересно, а вот проверить свою догадку надо. Слишком уж мне не нравятся стоящие вдоль стен диванчики, слишком мирный и безобидный у них вид, никак не гармонирующий со всем остальным. Только вот чем проверить? Вернее даже не "чем", а "кем", но тут уж ничего не поделать. Пускай даже так… Не думал я, что истекающие кислотно-ядовитой кровью останки сослужат мне службу, но так уж карта легла. Подхваченные телекинезом трупы взмыли над полом и величаво проплыли до ближайшего диванчика, источая мерзкий аромат яда и роняя капли кислотной крови.
При виде столь загадочной для нее процедуры Шэрол перестала выражать свое "праведное" возмущение в мой адрес и заинтересованно уставилась на происходящее. Ну что ж, начнем театрализованную постановку под названием "снятие ложных покровов миролюбия с предметов меблировки"… Зависшая над диванчиком груда мяса и костей, лишенная незримых нитей, что поддерживали ее в воздухе, с чавкающим звуком обрушилась вниз, повинуясь закону всемирного тяготения. И сразу же обшивку дивана распороли десятки игл, вонзившихся в попавшуюся "добычу", а несколько гибких лент спеленали ее мертвой хваткой.
— Ни хрена ж себе! — ахнула Шэрол. — Тут что, всего подряд опасаться надо? А если мне потребуется… Ну, скажем так, выйти по необходимости?
— Тогда будь чрезвычайно осторожна, — заговорщическим тоном прошептал я. — Иначе белый друг цапнет тебя за пикантное место.
Девушка повернула голову и скептически посмотрела на упомянутую часть тела, видимо, оценивая ее состояние.
— Умеешь ты подбодрить человека в трудный момент, Безликий, — саркастически хмыкнула она.
— Всегда пожалуйста, кушайте на здоровье. Но шутки в сторону, ты лучше подойди к тому же окошечку регистратуры и посмотри, что сейчас будет твориться с находящимся там…
— Спасибо, как-то не тянет, — судорожно сглотнула Шэрол. — Я еще от первого раза не отошла.
— Ну, на нет и суда нет. Я же полюбопытствую, как там поживает сей организм, втянувший в себя несколько литров ядреной отравы.
Нет, такой пакости тут явно не ожидали, ну не рассчитывали создатели этой системы, что в кровеносную систему сложного биоконструкта, созданного для… Понятия не имею, для чего он был создан — может просто для охраны, а возможно и для других, непонятных пока что целей. В общем, не ожидалось, что внутрь него попадет яд, в основу которого легли разработки все тех же творцов. Существо билось в конвульсиях, кровеносные сосуды лопались один за другим, разбрызгивая вокруг зловонные лужи кислоты; скрытые в стенах тончайшие жилы, передающие сигналы другим составляющим биосистемы, также рвались, приходили в полную негодность. Цепная реакция, змея, кусающая собственный хвост. Тщательно сконструированная система погибала от того, что один наглый хам загнал внутрь нее часть ее же собственного арсенала.
— Хорошо ее корежит, паскуду, — раздался злобно-радостный голос Шэрол.
— Факт, — согласился я. — И не удивлюсь, если то же самое творится и в некоторых других помещениях сего здания, которые связаны в единое целое с этим. Новая кровь явно не пришлась системе по вкусу, — немного помедлив, я задал давно интересующий меня вопрос. — Послушай, Шэрол, а откуда у столь умной и очаровательной девушки порой проскальзывает лексикон городских трущоб? Если не хочешь, не отвечай, я не настаиваю.