— Кроме Аргентэ Найса никто не вылечит! — продолжала бесновать Жолин, — слышишь меня?!
— Я не трону его до того времени, пока он его не излечит, зам. главы, — усмехнулась я.
— Акира, я не позволю тебе… — начал Сайфер.
— Да бросьте! — не выдержала я, — я ведь не жизнь его прошу!
— Да разве? — разочаровано пролепетала Вик, — а как же пальцы?
— Честный бой! Я хочу честного боя! — проговорила я.
— Бой? С тобой? — Рэй ухмыльнулся, — серьезно?
— Я вытрясу из тебя душу! — пропела я ему в ответ.
— Глава, разрешите! — вскочил с места парень.
— Уверен? — переспросил его Сайфер, немного взволнованно.
— Да! Этой выскочке нужно показать ее место! Я принимаю твой вызов, Акира Икаруга! — наглости парню было не занимать, однако.
— Сколько пафоса, — поморщилась я, — будь по-твоему. Это вызов.
— На счет всего остального… Если твои товарищи откажутся, мы их отпустим. Я согласен. Но! Если они начнут бой… мы ответим тем же. Поняла? — Сайфер откинулся в своем кресле, — и еще, касательно, Рэйна. Его доставят к нам не ранее, чем через полторы суток. Пожалуй, с этого я и начну ваше просвещение.
— В каком смысле, доставят? — Викония приосанилась. Сам факт того, что кто-то будет ее, менталиста, просвещать, ее не устраивал.
— Понимаете, милые леди, пока вы как гончие бегали и выполняли команды Фрида, он собирал себе бонусы в правительстве. Он здорово спелся с Харрингард. Очень давно спелся. Он спонсировал и покрывал большую часть ее экспериментов. Особенно, эксперимент «Валькирия». Это он пришел к выводу, что лучший «сосуд» для испытаний, это дитя устойчивое к Камелии, но без проявленного лейдармала. Он думал, что раз у нее нет своего, значит она сможет принять другие! Но не об этом сейчас. Интересно то, что сейчас у губернатора Освальда Фрида огромное влияние в правительстве. Он подкупает всех. У всех есть своя цена. А самые неподкупные — неожиданно исчезают, умирают в своих гостиничных номерах или, того веселее, неожиданно заражаются Камелией.
— Он что, сколачивает свою империю? — я задумалась. А ведь нас здорово водили за нос.
— Что-то вроде того. И Харингард ему в этом помогает. У нее комплекс Бога, понимаешь ли. «Единственная выжившая после рождения фаворита»!!! Да о ней все писали. О ней говорили. Как тут не съехать с катушек от такой-то славы? О ее навязчивой мысли создать «Валькирию» ты знаешь. Верно? Как думаешь, зачем?
— Мировое господство? — предположила Викония за меня.
— В точку. Но, Фрид понимает, что добейся Харингард результатов — она может взять под контроль и его. Поэтому, ему нужна «Валькирия», которую он смог бы контролировать. Он. Не Харингард. Ты была его беспроигрышным вариантом, Акира. Но, твой отец понял это намного раньше нас. Он принял все меры, чтоб в свое время ты оказалась здесь и узнала правду.
— Как мило, — сухо прокомментировала я.
Сайфер недовольно на меня поглядел, но продолжил без замечаний.
— Интересно все складывается, да? С одной стороны, людское правительство, которое зомбирует народ и доказывает, что фавориты — социально опасны и созданы для борьбы с зараженными. А вместе со всем этим и Фрид, который в этот порядок просто хочет внести некоторые коррективы. С другой стороны, мы, «Кровные узы». Мы считаем, что фавориты должны встать с колен, разорвать свои цепи! Мы не должны быть орудием! Мы должны быть людьми! И мы знаем, как сделать фаворитов равными с людьми.
— Хорошо вещаешь, дядя. Красивые слова, вроде, как и не террористы вы вовсе, — я покачала головой, — вот только сам-то ты знаешь, что мы людьми быть не можем?
— Это еще почему? — Сайфер на секунду замешкал, — потому что мы сильны?
— Ну, что делают люди? Как живут люди? — мои слова заставили задуматься всех присутствующих.
— Ну, они… ходят на работу, не боясь, что от них будут шарахаться как от чумных. И они могут не прятать свои глаза… — начала Жолин.
— А еще они влюбляются, женятся… — заметил Рэй мягко, — заводят семьи…
И тут до всех сразу дошло.
— Рожают детей, — прошептала Викония.
— Именно, — развела я руками, — они могут воспроизводить потомство! И фаворитов рожают женщины! Люди, не фавориты. А мы… мы лишены этой возможности!
— Ты не права, — как-то не смело начал Сайфер.
— Это почему же? В приюте рассказывали… — попыталась я возразить, но запнулась. Приют. Вся ложь начиналась оттуда.
— Рассказывали историю Карэн Мэй и ее ребенка? — Сайфер глубоко вздохнул, — да, все слышали. Карэн была из первого поколения фаворитов. То, что случилось, пожалуй, ужасно. Но ведь все это было на бумаге! Тело ребенка так и не нашли. Его даже не искали.