— Чепуха! — фыркнул Фрэнсис. — Здесь не воля богов, а воля жрецов майя, которые изобрели и своих богов, и эти таинственные фокусы. Где-то внизу тело пеона ударилось о рычаг, который открыл каменные шлюзы. Благодаря этому подземная вода, сосредоточенная в горах в одном каком-то месте и ничем не сдерживаемая, вырвалась наружу. Вот откуда эта вода. Богиня со столь чудовищным ртом может существовать только в суеверном воображении людей. Красота и божественность неразделимы. Настоящая богиня всегда прекрасна. Только люди создают демонов во всем их безобразии.
Поток бил с такой силой, что вода подступала уже к их щиколоткам.
— Ничего, — сказал Фрэнсис, — я заметил, что на всем пространстве от входа полы комнат и проходов покаты. Эти древние майя были хорошими строителями и при постройке не забыли подумать о стоке. Посмотрите, как стремительно вода уходит через проход. Ну, старик, почитай по твоим узлам, где сокровища?
— Где мой сын? — ответил старик безнадежным глухим голосом. — Чия убила моего единственного сына. Ради его матери я нарушил закон майя и запятнал их чистую кровь нечистой кровью женщины из долины. И потому что я согрешил, чтобы мой сын появился на свет, он мне трижды дорог. Что мне за дело до сокровищ! Моего сына больше нет. Гнев богов майя пал на меня!
Клокочущая вода с шумно вырывающимися наружу пузырьками воздуха, указывающими на высокое давление снизу, не ослабевая, продолжала бить фонтаном. Леонсия первая заметила, что воды на полу стало больше.
— Скоро она дойдет нам почти до колен, — сказала она Фрэнсису.
— Пора выбираться отсюда, — ответил он, оценив положение. — План стока был, вероятно, великолепен. Но оползень у входа в скалу, очевидно, преградил путь стекающей воде. Другие проходы расположены ниже, и поэтому вода там наверняка стоит выше, чем здесь. Но и здесь она поднимается до того же уровня. А другой дороги наружу нет. Идемте!
Доверив Леонсии идти впереди, Фрэнсис схватил за руку впавшего в апатию жреца и потащил его за собой. Когда они дошли до того места, где проход заворачивал, уровень воды поднялся выше колен. На входе в зал мумий воды было уже по грудь.
Из бурлящей воды, лицом к лицу с изумленной Леонсией, появилась покрытая шлемом голова и закутанное в древний плащ тело мумии. Одно это еще не удивило бы ее, ибо водоворот сбил с ног, повалил и уносил все мумии. Но эта мумия двигалась, шумно дышала и живыми глазами уставилась на девушку. Зрелище вторичной агонии четырехсотлетней мумии оказалось противным человеческой природе. Леонсия закричала, бросилась вперед, а затем кинулась бежать в обратном направлении. Фрэнсис, ошарашенный этим чудом, вынул свой револьвер, и в этот момент Леонсия пробежала мимо него. Между тем мнимая мумия, найдя в стремительном потоке опору для ног, закричала:
— Не стреляйте! Это я, Торрес! Я только что вернулся от наружного входа. Что-то случилось. Выход загражден. Вода выше головы и выше входа, рушатся скалы.
— А для вас путь закрыт и в этом направлении, — сказал Фрэнсис, наводя на него револьвер.
— Теперь не время ссориться, — ответил Торрес. — Мы должны прежде всего спасти свою жизнь, а уж потом будем ссориться, если это так необходимо.
Фрэнсис заколебался.
— Что с Леонсией? — задал хитрый вопрос Торрес. — Я видел, как она пробежала назад. Может быть, она сейчас в опасности?
Оставив Торреса и таща за руку старика, Фрэнсис направился по воде назад, в зал идолов; Торрес следовал за ним. При виде его Леонсия снова закричала от страха.
— Это всего лишь Торрес, — успокоил ее Фрэнсис. — Он чертовски напугал и меня, когда я его увидел. Но это не дух, а живой человек. И если пырнуть его ножом, брызнет кровь. Пойдем-ка, старик. У нас нет ни малейшего желания утонуть здесь, как крысы в ловушке. Тайны майя еще не все раскрыты. Прочитай, что говорят узлы, и выведи нас отсюда.
— Путь лежит не наружу, а внутрь, — дрожащим голосом возвестил жрец.
— Нам все равно, как идти, только бы выбраться отсюда. Но что значит «внутрь»?
— «От уст Чии к уху Хцатцля», — был ответ.
Страшная, чудовищная мысль вдруг осенила Фрэнсиса.
— Торрес, — сказал он, — у этой каменной дамы во рту есть ключ или что-то в этом роде. Вы ближе всего к ней. Засуньте-ка руку и достаньте оттуда то, что там есть.
Когда Леонсия поняла, какого рода месть задумал Фрэнсис, у нее перехватило дыхание. Торрес не обратил на это внимания и бодро зашлепал по воде, направляясь к богине, со словами: