— Совершенно неважно, — скучным голосом сказала Сара. Я ее плохо знал; была ли она скучной раньше? — Я знаю, что тебе понарассказывал Первый про делишки отца. Нам надо встретиться. Если ты действительно хочешь вернуть всё назад. Я буду ждать тебя по адресу, который пришлю в сообщении.
И она отключилась. Ни приветствия, ни прощания — это теперь в стиле новых людей? Или Сара всегда была такая?.. В общем, такого нарушения социальных норм я не одобрял, как не одобрял саму Сару Кауфман.
Я положил телефон на стол. Леа резко развернулась.
— Это была Сара Кауфман. Профессорова дочка, биолог. Говорит, что знает про наш с Первым разговор.
— Неожиданно.
— Она хочет, чтобы я приехал. Прямо сейчас.
Леа покосилась на темноту за окном.
— Поздновато.
Я вздохнул:
— Не волнуйся. Я не думаю, что это надолго. Собирайся пока, я съезжу к ней и сразу вернусь. И сможем отчалить на нашу новую базу.
— Тебе не кажется, что это какая-нибудь ловушка?
— Тогда я попробую из нее выбраться.
Я вызвал такси.
— Все равно это как-то странно, — уже у порога сказала Леа.
Я тоже считал, что поведение Сары очень странное; но ничего другого, как позубоскалить, я сделать не мог.
— Ну, она одинокая несчастная женщина, ее можно понять, — я махнул Леа рукой и понесся вниз по лестнице. – Принесу тебе какой-нибудь сувенир!
— Парочку кружевных панталон, — процедила Леа сквозь зубы и как-то очень злобно захлопнула дверь.
Вот на этом эпизоде я начал кое-что подозревать в отношении Леа ко мне; но на тот момент я просто еще не знал, что мне принесет дальнейший вечер.
***
Как выяснилось, Сара Кауфман снимала небольшую квартиру недалеко от вокзала. Странно, что Кауфманова дочка обитает в таких апартаментах — жилье было не ахти. Может, она находила в звуках паровозных гудков, залетавших в окна с вечерним ветром, отголосках объявлений и тонких запахах железнодорожных путей особую романтику? Сомнительно, конечно.
Сара была женщиной любознательной, свободной и раскованной – во всем, кроме работы, где ее волю подчинял себе гениальный отец. Нелегкое это дело – семейные узы и профессионализм, так сказать, в одной хитро запутанной истории… Каждый раз, когда она появлялась в лаборатории, вокруг нее образовывалась напряженная атмосфера, нечто, заставляющее чувствовать себя неловко. Интересно, так ли это теперь.
Сара собственноручно проверяла отчеты по доставкам новейшего оборудования; встречала отца с грузовиком, груженным артефактами, у лаборатории. Она была одной из первых людей, с которыми я познакомился после пробуждения.
В отличие от Леа, дверь она открыла сразу.
Честно говоря, я первые заметил, насколько она привлекательна: тонкая серая шаль на плечах придавала ей неуверенности, делала ее смущенной и невинной. А самый главный плюс в Саре был такой: она совершенно не похожа на своего папашу.
Я молча прошел в прихожую. Выжидающе посмотрел на Сару, стараясь всем видом выражая нетерпение и удивление. Пусть первая начнет говорить. Она лениво улыбнулась в ответ.
— Раздевайся, проходи. Что будешь пить?
— Я планировал разобраться с твоим предложением побыстрее, поэтому сомнительно, что я буду вообще что-то пить.
— Даже не разуешься? – Сара ушла на кухню.
Не было ее довольно долго, и я решил пойти за ней. Кухня у Сары оказалась уютной; я увидел на столе открытое вино и замер, чуть не задев головой желтый бумажный абажур. А еще спрашивает, что мы будем пить. Можно подумать, у нее тут бар.
— Присаживайся. Не буду тебя долго мучить, — Сара села у окна, провела пальцем по ножке бокала, — я думаю, ты ясно дал понять, что нуждаешься в моей помощи. Точнее, в чьей бы то ни было помощи. И, в общем-то, тебе повезло.
То, что я набил морды Джемесону и Первому, Сара Кауфман расценила как крик о помощи. Интересный поворот. Я уселся и сразу выпил половину бокала. Вино могло быть и лучше, но все ж Сара старалась. Я вновь выжидающе на нее посмотрел, и она начала говорить:
— Я всегда с огромным уважением относилась к амбициям отца. Поэтому когда он нашел Архивы, я начала им по-настоящему гордиться. Мне стало что исследовать — вас. Наконец архивная работа, возня с бумажками, презираемая и скучная, которую я вела, закончилась. Все складывалось так удачно. И так интересно.
— И вся эта история пришла к тому, что большая часть человечества искалечена, а вы собираетесь на этом заработать, — в тон ей ответил я. Надеясь, что Сара разозлится, но ее светлые глаза оставались такими же стеклянными. Ни единая мышца ее гладкого розового лица ни дрогнула. Она продолжила, будто не слыша того, что я сказал: