— Слишком много противоречивой информации, — Кауфман пожал плечами, — просто дай ей осознать эту мысль. Дай ей почувствовать настоящее, глубокое горе.
Вэл вдруг окаменела, затем усмехнулась. Она пошевелила пальцами; что-то внутри нее, то, чему не было названия – неудержимо накапливалось, и сейчас этот рост пошел скачкообразно. Еще чуть-чуть… И у нее получится. Не знаю, как, но я почувствовал это.
Вэл выгнулась дугой. Железные браслеты, которыми она была прикована к столу, треснули и лопнули; в одно мгновение Вэл взмыла в воздух и оказалась за Кауфманом. Она была чуть повыше его; нежным, почти чувственным жестом Вэл положила руки ему сзади на шею.
Глаза Кауфмана расширились. Он что, не предполагал такого исхода?..
— Постой, постой, дорогая, — сказал он, — зачем ты это делаешь? Я никак не связан с гибелью твоей дочери. Это случилось само по себе…
— Я знаю, что ты врешь, идиот, — я услышал, как Леа выдохнула, — вы все делали и делаете огромную ошибку: полагаете, что я слишком тупая. Что мной можно управлять, как диким животным, дергая за упряжку.
Кауфман промолчал.
— Какая досада, — я присел на край стола, так же, как это только что делал Кауфман. — Профессор лишился эмоций и с ними понимания, как именно они работают.
Вот оно. Я впервые ощутил слабый отблеск надежды. Я продолжил:
— Эксперимент заключался в том, что ты хотел ее разозлить, дабы усилить способности Архива. Ну, она разозлилась, да только по совсем иной причине. И более того — она не потеряла контроль. Сплошные ошибки.
— Вы оба такие идиоты, — прошипел Кауфман и попытался отшатнуться, но Вэл сдавила его горло сильнее.
— Отпусти его, — сказал я.
Вэл качнула головой:
— Еще чего. Это твари давно пора на покой. Можете попрощаться.
В этот момент забытая всеми лаборантка вскочила с места; она хотела добежать до дверей или, наверное, связаться при помощи ноутбука с полицией или охраной, но Вэл преградила ей путь резким движением руки, и девушка безмолвно рухнула на пол.
— Зачем тебе это, Вэл? – спросил я. — Его смерть будет бессмысленной.
— Все бессмысленно, Форт. Я не хочу больше этой жизни, этого времени. Мне здесь не место, — заявила она и сжала шею Кауфмана. Тот покраснел и захрипел.
Я начал собирать из воздуха лед; Кауфман тоже поднял вверх слабеющую руку, но Вэл уже все решила.
И вдруг Леа нажала на курок и выстрелила — видимо, целясь Вэл в голову – но та среагировала раньше.
Она просто чуть приподняла Кауфмана вверх – и плавно скользнула вниз, уходя из-под пули.
Выстрел прозвучал оглушительно.
Вэл была точна как всегда: пуля вошла ровно в сердце. Леа выронила пистолет и вскрикнула, зажав себе рукой рот.
— Это не твоя вина, — быстро сказал ей я, но Леа даже не смотрела в мою сторону.
— Одной смертью больше, одной меньше… — Вэл медленно прошагал через комнату, пока я, оглушенный, смотрел на вытекающую из профессора кровь. Вэл встала рядом со мной и прислонилась к железному столу, только что служившему ей тюрьмой. – Смерть мало что меняет. Правда?
Я ничего не ответил. Я продолжал смотреть на Кауфмана – я не мог видеть лица мертвого профессора, да и не очень хотел. Я, пожалуй, искренне презирал его большую часть своей комичной и карикатурной жизни, но внутри меня словно все оборвалось, когда я увидел, как его тело летит на пол.
— Я отомстила за нас, — спокойно продолжила Вэл. – Я же показала… То, что он всегда хотел нам показать. Что мы Люди. Что мы намного выше их, обычных и новых. Выше… нормальных. Выше и сломанных кукол. Что они не могут так обращаться с нами. Только ты продолжал играть в свои нелепые игры, Форт, ты же убийца, ты был воином, а кто ты сейчас? Ты жалок. Ты даже еще более жалкий, чем я.
Она с трудом перевела дыхание. Что за чушь она несет?..
Проклятая дура.
— Ты психопатка, Вэл, — я наконец взглянул на нее. – Когда твой Архив распаковали, что-то пошло не так. Наверное, с самого начала. Разум достался Виоле.
Леа метнула в меня безумный взгляд.
Я зря это сделал. Это был тот момент, когда моим эмоциям просто нельзя было дать выход. И особенно — бить ее по больному, да еще и дважды.
— Она моя дочь!
Вэл взвилась в воздух.
Я ушел из-под атаки, молниеносно перескочив через стол, готовый швырнуть в Вэл увесистым куском льда.
— Я вовсе не то хотел сказать тебе, — я попытался ее успокоить, — Виола жива и здорова, и…
Но Вэл уже вошла в раж. И во вкус.
И я вдруг понял, что она хочет сделать. Какое удачное место для финальной схватки…
Все происходило слишком быстро. Вэл нападала – я уворачивался; я даже не успевал кинуть в нее лед. Я просто не находил времени для атаки. И тут я заметил, что она вовсе не пытается задеть меня — Вэл оттесняла меня от Леа.