Прелюдия: Стратег
Август сидел в своем кабинете, глядя на голографические проекции звездных систем. Красные точки отмечали позиции кораблей Юпитерианского Магистрата, синие — силы Деметрианской Республики. С каждым днем красных точек становилось все больше у границ.
Он потер переносицу, чувствуя накапливающуюся усталость. Последние месяцы выдались напряженными — три предотвращенных покушения на высокопоставленных чиновников, два сорванных теракта на орбитальных станциях, бесконечные совещания по безопасности.
— Советник Фаббро, — его коммуникатор ожил голосом Питера. — Есть минута?
— Для тебя всегда, капитан, — отозвался Август, хотя они оба знали, что Питер давно оставил военную службу ради политики.
— Пришли новые данные с границы. Похоже, готовится что-то крупное.
Август развернул присланные файлы. Перемещения войск, странные поставки, необычная активность в доках. Картина складывалась тревожная.
— Похоже на подготовку к масштабной операции, — задумчиво произнес он. — Но где они нанесут удар?
Он погрузился в анализ данных, выстраивая в голове возможные сценарии. Это всегда было его сильной стороной — видеть паттерны, замечать закономерности там, где другие видели только хаос.
Коммуникатор снова подал сигнал — на этот раз личный вызов. На экране появилось лицо Юлии.
— Папа, смотри, что я нарисовала! — Лара, их средняя дочь, размахивала каким-то рисунком перед камерой.
— Очень красиво, солнышко, — улыбнулся Август. — Я скоро буду дома.
— Обещаешь? — в кадр протиснулся Томас, их старший.
— Обещаю.
Когда связь прервалась, улыбка медленно сошла с его лица. Он посмотрел на фотографию на столе — Юлия с детьми в саду их дома. Маленькая Стелла спит на руках у матери, Лара и Томас о чем-то увлеченно спорят. Его семья. Его причина просыпаться по утрам и работать до поздней ночи.
Вернувшись к данным, он заметил кое-что странное. Небольшое несоответствие в графиках поставок, которое любой другой мог бы пропустить. Но годы работы научили его — именно такие мелочи часто оказываются ключом к разгадке.
Через час анализа картина прояснилась.
— Питер, — он активировал связь. — Кажется, я знаю, что они задумали.
Следующие несколько часов прошли в совещаниях, брифингах, разработке контрмер. Когда Август наконец вышел из здания штаб-квартиры Арго, ночь уже окутала город.
Он поднял глаза к звездам. Где-то там, в пустоте космоса, готовилась война. Юпитерианский Магистрат становился все агрессивнее, все наглее в своих притязаниях. Они считали Деметрианскую Республику слабой, разобщенной, неспособной дать отпор.
Как же они ошибались.
Подходя к дому, Август заметил свет в окнах детской. Значит, опять не спят, ждут его. Он тихо открыл дверь.
— Папа! — Лара бросилась ему на шею, как только он переступил порог.
— Тише, — шикнул Томас. — Стелла только уснула.
Юлия вышла из кухни, держа чашку с чаем. Её глаза светились теплом и пониманием.
— Сложный день? — спросила она, когда дети наконец угомонились и разошлись по кроватям.
— Как обычно, — он притянул её к себе, вдыхая родной запах. — Защищаю мир, чтобы вы могли спокойно спать.
Она слегка отстранилась, заглядывая ему в глаза:
— Что-то случилось?
— Ничего такого, с чем бы я не справился, — он поцеловал её в лоб. — Все будет хорошо.
Позже, лежа без сна, он думал о красных точках на карте, о зловещих планах Магистрата, о хрупком мире, который они построили. Юлия спала рядом, из детской доносилось тихое сопение.
Его семья. Его мир. И он сделает все, чтобы защитить их.
Утром его ждал новый день, новые угрозы, новые головоломки. Но сейчас, в тишине ночи, он позволил себе просто быть. Мужем, отцом, человеком.
А завтра он снова станет тем, кем должен быть — щитом, защищающим их всех от надвигающейся бури.
Коммуникатор тихо пискнул — срочное сообщение. Август осторожно встал, стараясь не разбудить Юлию.
«Новая информация по делу. Нужно встретиться. Питер»
Август нахмурился. Еще одна головоломка, еще одна угроза. Что ж, он готов. Ради них — он готов на все.
36
Время летело и несло с собой множество изменений. За последние семь лет столько всего произошло… Полагаю, стоит вернуться немного назад, чтобы моё повествование не было слишком сумбурным.
Я лишь вздыхала, глядя на свое отражение в зеркале. Будучи студентом я и представить не могла, что буду стоять в официальном кителе с лавровым венком на груди — особой награде для учёных, готовясь к очередному публичному выступлению. Я не могла не улыбнуться, вспоминая ту юную исследовательницу, которая впервые услышала голоса полисов. Кто бы мог подумать, что это открытие не только изменит науку, но и полностью перевернет мою жизнь?