—”Юлия Соколова, стажёр». Юлия Соколова… — он повторил, перекатывая моё имя на языке, как будто пробуя его на вкус. — Ведь не бывает таких совпадений, не может же быть ещё она Юлия Соколова, да?
Его лицо исказилось, и он начал смеяться. Я старалась на него не смотреть. Доктор Чен объяснила мне в своё время, как общаться с психопатами (спойлер — никак!), но если вы всё-таки повстречали на своей жизненной дороге такого, то главное — не провоцировать. Больше всего я боялась, что опять увижу круговерть алого и розового, возбуждения и похоти, но он был почему-то больше удивлён и испуган. Он что, меня боится? Но почему?
— Босс, ты стебанулся? — громила на переднем сидении из жёлто-довольного, начал мигать ало-фиолетовым беспокойством, и пару раз оглянулся на нас.
— Веди машину, я разберусь, — отмахнулся от него Виктор и снова повернулся ко мне.
Он долго пристально меня рассматривал, потом просто выдохнул:
— Я так долго думал, что будет, если встречу тебя снова. Думал, что скажу, что сделаю… — он помолчал. — Но теперь, я даже и не знаю…
Он включил свой коммуникатор и набрал чей-то номер.
— Привет, дружище! — с такой знакомой мне ухмылкой начал он говорить какому-то мужику с кривой рожей. — Ты вообще своих парней чему-нибудь учишь?
— Говори, что тебе надо, Рейнар, — хрипло буркнул его собеседник.
— У тебя тут свидетели разбегаются, гляди, кого мы поймали на выходе, — он повернул коммуникатор ко мне, давая рассмотреть моё лицо и рейнджерскую куртку. — Сколько дашь?
— Какого чёрта! — взорвался его собеседник. — Ты ещё со мной торгуешься? Ты забыл, кто вытащил тебя из тюряги?
— Вот поэтому я позвонил тебе первым, а не высадил бедолажку у полицейской станции. Но если ты настаиваешь… думаешь, как быстро на Геф навалится толпа легавых?
Я прикрыла глаза. Господи, Виктор… Опять ты продаёшь меня… Убить тебя что ли на месте?.. Но я поняла, что не хочу этого делать. Пусть он и дальше идёт по своей кривой дорожке и сам получит то, что ему причитается.
— Эй, — Виктор легонько толкнул меня: — Юлия?
Я устало открыла глаза.
— Не хочешь ничего мне сказать? — спросил он. — Мы, скорее всего, больше никогда не увидимся.
Я нахмурилась.
— Ах, ну да, рот заклеен, — он деланно хлопнул себя ладонью по лбу.
Виктор дотянулся и оторвал кляп. Я задохнулась от боли.
Первой мыслью было спросить, знал ли он тогда на флайере, когда мы были вместе, что мои родители уже мертвы, но я пересилила себя. Я не хотела, чтобы он врал мне в лицо, а ведь он соврёт. И я тогда не сдержусь.
Как с ним вообще начать говорить? И стоит ли вообще? Ну, было кое-что, что я хотела ему показать.
Я выдохнула:
— Пароль от моего коммуникатора сначала день рождения мамы, потом папы. Посмотри в переписке с Марком файл «Соколова водит глайдер».
— Ты хочешь похвастаться бывшему учителю? — хохотнул Виктор, снимая машинку с моего запястья. — Ну, давай, я заценю.
Он легко ввёл цифры, нашёл нужную программу, не удержался и пролистал мои чаты.
— Серьёзно, Юлия? Играть с парнем в шахматы в письмах? Ты что, из девятнадцатого века? — его ухмылка стала кривой. — Я всегда знал, что ты странная. Но это и делает тебя тобой, — добавил он с неожиданным сожалением. — Я ведь действительно хотел предложить тебе выйти за меня.
— Это не тот чат, Виктор.
Он цокнул, и вошёл в нашу с Марком переписку. Пробежался по строчкам логов, нашёл видео. Посмотрел. Поднял непонимающий взгляд на меня, посмотрел ещё раз. И осветился сразу целым фейерверком эмоций. Я точно разобрала гнев и обиду, а потом возникло что-то третье, весьма мерзкое и холодное, болотного зелёного оттенка пробежало по его телу.
Он отправил себе сообщение с моего коммуникатора вместе с видео, и поднял на меня взгляд. Его эмоции поутихли, сменившись сожалениями, а потом и холодным рассчётом.
— Выходит, ты спасла мне жизнь, а я так тебе отплатил, — он пожал плечами. — Прости, но я не могу отменить сделку. Том сразу поймёт, кто его слил.
Я дёрнулась от знакомого имени. Мерзость какая, террориста зовут, как моего отца…
— Ты опять водишься не с теми людьми, Виктор. Это плохо для тебя кончится.
И я тут же пожалела о своих словах. Говорила же доктор Чен, что контакт должен быть сведён к минимуму. По телу куратора, сменив страх и осторожность, яростной волной разошёлся гнев:
— Не читай мне нотаций! — внезапно взревел он. — Тебя всю жизнь носили на руках и в задницу дули! Принцесса Соколова, какая она умница, молодой учёный, надежда Университета! Ты выезжала только за счёт своих родителей! Ты ни дня не работала, просто вечно творила, что хотела! Тебе не надо было выгрызать из этой жизни хоть что-то, чтобы выжить! Тебе всё доставалось на блюдечке!!! Тебя убить мало!!!