Прежде чем описывать этот собор, необходимо остановиться на одном из выдающихся его участников, кардинале д'Аи. Мы уже упоминали о нем, говоря о богословах Сорбонны, заставивших отречься враждовавших пап, Римского и Авиньонского, Жерсоне, Жиль де Шампс и др
Кардинал Петр д'Аи родился во Франции в 1350 г. Его — молодого священника, но уже выдающегося богослова, — Парижский университет отправил к Авиньонскому папе, Клименту VII, с соответственной миссией. Д'Аи было поручено сообщить папе осуждение, произнесенное парижскими богословами против доктрины доминиканца Иоанна Монтезано о ''непорочном зачатии" Богоматери (что стало в 1854 г. догматом Римской церкви, согласно буллы Пия IX "Ineflabilis Deus"), которую Монтезан защищал перед папой Климентом. Д'Аи блестяще доказал заблуждения этого учения в своем сочинении: "Propositiones factae coram Papa et in Consistorio, contra fratrem Johannem de Montesano" ("Предложения, сделанные в присутствии папы в консистории против брата Иоанна Монтезано"). Климент VII подтвердил приговор Парижского университета и 17 февраля 1389 г. король Франции Карл VI заставил тех ученых, которые разделяли доктрину Монтезано, публично от нее отречься, в своем присутствии; в числе таковых оказался и королевский духовник епископ Вильгельм Евреуский (Guillaume d'Evreux)
После этого д'Аи стал каноником, канцлером университета и духовником короля Франции. Задавшись целью прекратить раскол в церкви, д'Аи вместе со своими учениками тщетно взывал к враждующим папам и государям, требуя созыва Собора
Авиньонский папа Венедикт XIII (1394—1424) поставил д'Аи во епископа Пюи-ен-Вэлэ, затем назначил его графом-епископом (Comte-eveque) Камбрэйским. Однако эта крупная кафедра была в то время оспариваема Филиппом Смелым, герцогом Бургундским, желавшим посадить на нее своего кандидата — епископа Турнейского, и Римским папой, врагом Венедикта; наконец, д'Аи добился инвеституры от своего законного сюзерена, императора Вячеслава. Затем д'Аи ездил в Италию, чтобы добиться отречения от папы Венедикта IX, но этого не добился. Убедившись, что оба папы добровольно не отрекутся, д'Аи, наконец, созвал вместе с кардиналами, отделившимися от Авиньона и от Рима, Собор в Пизе в 1409 г., помимо враждующих пап. Собор запретил и низложил их обоих и выбрал папой Александра V. Так как смещенные папы не сдались — получилось трое- папство
На Констанцский Собор д'Аи отправился уже в сане кардинала-священника, для Германии и Нидерландов — в качестве легата "a latere" папы Иоанна XXIII, преемника Александра V. На этом Соборе д'Аи добился признания знаменитого декрета о главенстве Соборов над папами
Римская церковь обязана ему учреждением праздника Св. Троицы (введенного Авиньонским папой Венедиктом XIII)
Мартин V назначил д'Аи своим легатом в Авиньоне, где кардинал и скончался в 1425 г., в полном забвении, но сделавши свое дело
Его прозвали "орлом ученых" и "грозой еретиков". Благодаря д'Аи Базельский Собор учредил при всех кафедральных соборах "теологов" для преподавания Закона Божия и регулярных проповедей
Констанцский декрет, принятый всей Западной Церковью, подчинивший пап авторитету соборов, явился следствием этой схизмы и возвратом к древним апостольским соборным принципам. Разумеется, латинские богословы впоследствии этот декрет аннулировали, но толчок был дан и пути реформы подготовлены: в общественном мнении ореол папства потерпел непоправимый урон
В 1439 г. в Базеле, опираясь на этот же декрет, отцы собора смело анафематствовали папу Евгения IV, лишили его тиары как еретика, клятвопреступника, схизматика и врага церкви, избрав на его место Феликса V. Евгений не подчинился этому решению, созвал Феррарский, затем Флорентийский Соборы, параллельно Базельскому, и, учитывая безвыходность положения теснимой турками Византии, предложил императору свою помощь взамен предварительного подписания "унии". Этим Евгений думал возвысить свой престиж в глазах Европы, но ничего не достиг, так как эта "уния", как и предыдущая, вскоре провалилась. Тем временем, Базельский Собор оправдал учение Гуса, примирившись с "гуситами" и дозволив им причащение под обоими видами, что было особо запрещено в Констанце
Понятно, что таковые противоречивые соборные постановления еще более расшатывали в западных государствах уважение к религии. Распущенность нравов высшего духовенства, кровавые бесчинства двора папы Боржия, симония, торговля "индульгенциями" и т.д., наконец, вызвали взрыв возмущения повсюду и обеспечили успех проповедей Лютера. Реформа оторвала от романизма больше половины паствы