Я встал с пола, отправился в ванную, наспех побрился, умылся и привел себя в порядок. Затем оделся и отправился в ресторан. Несмотря на желание поскорее заняться делами, аппетит у меня был волчий, и я плотно позавтракал. Выходя из ресторана, столкнулся в дверях с Сашей Смольниковой.
– В чем дело, Игорь? – спросила она меня обиженным тоном. – Почему ты стал меня избегать?
– С чего ты взяла? – сделал я вид, будто страшно удивился.
– Ну, как с чего? – еще больше надула губки Смольникова. – Со вчерашнего утра, как приехали из монастыря Барбера, так ни разу со мной наедине не оставался. И эту ночь мы в разных номерах спали.
По правде говоря, мне было не до секса – тут люди гибнут по ночам, а Смольниковой все бы траха… ладно, не будем об этом, у каждого свой темперамент, в конце концов, – кому-то больше, кому-то меньше нужно…
Я отступил в сторону, давая возможность пройти входившей в ресторан пожилой чете, и, пуская в ход все свое обаяние – зачем ссориться с подругой, которая, чего скрывать, и тебе доставляет удовольствие, – обволакивающим голосом произнес:
– Обещаю, солнышко, сегодня ночью мы с тобой будем вместе.
– А днем ты куда? – не унималась Саша.
– Дела, зайчик! Я же обещал всем вам найти драгоценности и отвести подозрения в воровстве. Обещания нужно выполнять!
Я чмокнул подругу в щечку и, не дав ей сказать ни слова в ответ, развернулся и быстро двинулся к лифту.
Поднявшись из полуподвального помещения ресторана на первый этаж, отправился в фойе и засел за столик с компьютером, к которому был подключен платный интернет. Мало, конечно, шансов найти во Всемирной паутине что-нибудь стоящее по интересующему меня вопросу (интересовали меня биографии моих новых друзей, а они не такие уж знаменитости, чтобы в интернете о них информацию выкладывать), но попробовать стоит, мало ли что…
Я просидел за компьютером целых три часа, потратил кучу монеток, изучил гору материалов, но мои труды не были напрасными. Кажется, я понял, что произошло, догадался, где драгоценности, и сообразил, каким образом в кровь Сильвестрова попали компоненты усыпляющего газа. Не хватало еще нескольких мазков для завершения общей картины задуманного грандиозного преступления, в котором и я сыграл свою роль. Нужны еще и кое-какие доказательства вины преступника, но я постараюсь их добыть, причем в ближайшее время.
Я поднялся из-за стола и отправился в номер. На море сегодня не ходил, потому пришлось довольствоваться душем. Затем отправился в ресторан, где просидел довольно долго в надежде встретить кое-кого из моих знакомых. Надежда сбылась, увидел троицу – сестер Аксеновых и сопровождающего их Егора Теплякова. Подойдя к столу, где стояла кофемашина, и налив себе кофе, я отправился к столику с расположившимися за ним Женей, Егором и Валерией и, присев с чашкой кофе, произнес:
– Привет! Как спалось?
Все трое были сонными – Егор и Женя, по-видимому, оттого, что перед близкой разлукой не могли натешиться друг с другом и почти не спали, а Лерочка по жизни была сонной.
– Нормально спали, – буркнул Егор, вяло ковыряясь вилкой в тарелке с картофелем фри и отбивной.
– А вот мне поспать не дали, – пожаловался я, отхлебнув, надо сказать, не очень хорошего качества кофе. – Полицейский приходил с переводчиком.
– Они ко всем приходили, – невесело отреагировала на мое замечание Аксенова-старшая. – Нас с сестрой вдвоем допрашивали, а Егора вон одного.
– Быстро же, однако, полицейские в Каталонии работают! – удивился я. – Вердагер уже кучу людей успел опросить. И чем интересовался?
– Смертью Николая Сильвестрова, – зевнув, ответила Валерия. Она почти ничего не ела, перед ней на столе стояла только тарелка с бутербродом и кофе, к которым она еще не притронулась.
– А конкретней? – посмотрел я на Егора, который, по моему мнению, был самым толковым из этой троицы и мог внятно ответить на мои вопросы.
Тепляков отправил в рот очередной кусок отлично приготовленной отбивной, прожевал его и промолвил:
– Спрашивал, не известно ли нам чего, что может пролить свет на трагическую смерть Сильвестрова. С чего это он вдруг упал с крыши.
Как я понял, все трое были расстроены приходом полицейского и переводчика, а потому неохотно отвечали на мои вопросы.