- Теперь точно домой, иначе еще одного подобного инцидента мое сердце не выдержит.
Позади нас раздался хриплый смешок. Мы повернулись, но охранник, о котором я вспомнила и заметила только сейчас, стоял с каменным лицом и все так же в солнцезащитных очках.
- Я вызову такси. Пойдем.
Фелисити взяла меня под руку и повела к выходу с территории, вызывая на ходу «Убер». Я с трудом запомнила дорогу домой, в голове то и дело возникал образ отражения в зеркале. Я пыталась найти объяснение и остановилась на самом логичном предположении: мне что-то подсыпали, видимо ту же «сахарную пудру», что употребляли владельцы клуба и его посетители. Иначе объяснить такие галлюцинации было невозможно.
Или я потихоньку начала сходить с ума.
ГЛАВА 4.
После инцидента в клубе прошла неделя. Начались дополнительные занятия у профессора Карсена, нескончаемые лекции и гора заданий по предметам на курсе вынудили уйти с головой в учебу и меньше думать о произошедшем.
И на следующий день после посещения клуба я смогла убедить себя, что мне подсыпали какой-то наркотик или галлюциноген. Такая история была вполне естественна для таких мест как клуб «Анахам».
Никакого предвзятого отношения. Просто факт.
Я была рада, что мы ушли оттуда раньше, чем произошло еще что-нибудь странное. Как только мы вернулись в квартиру в Кенсингтоне, Фелисити потребовала объяснений. Но у меня совсем не было желания и сил делиться с кем-либо о том, что меня начали посещать странные видения. И тем более мне не хотелось говорить ей о разговоре со своим отражением. Но подруга была настойчива. Упуская некоторые уж слишком безумные моменты, которые бы обеспечили мне место в психбольнице или лекарственную терапию, я все же рассказала ей. И о том, что со мной случилось и о том, что происходило в последнее время. Я попыталась убедить ее, что с ситуацией в клубе во всем виноват алкоголь, который слишком быстро пила. Пришлось поступиться гордостью, но лучше так, чем пугать Феси фантастическими рассказами. А касаемо остального, Фелисити самостоятельно нашла ответ: стресс, переутомление и богатая фантазия.
- Поверить не могу! – воскликнула она, продолжала неотрывно смотреть на экран своего телефона. – Он еще смеет меня игнорировать!
- О ком ты? – спросила я, отрываясь от своего конспекта с дополнительных занятий.
Изучать историю было интересно. Но начинаешь испытывать к ней ненависть, когда их преподают такие люди как профессор Карсен. Ни один профессор университета не был таким скучным спикером. Длинные монотонные лекции Карсена усыпляли и уменьшали какой-либо интерес к прошлому. И наши натянутые отношения, непонимания или конфликты и личная предвзятость Нюниуса ко мне только подпитывали мою неприязнь к предмету.
Фелисити эмоционально ударила ладонью по столу:
- Вал! Последний ответ от него получила четыре гребанных дня назад! И это было: «Не забивай голову всякой ерундой, сладкая».
Я поежилась от неприязни при упоминании уменьшительно-ласкательного обращения, которыми страдали многие влюбленные парочки. Но еще хуже было осознание того, что это написал Вал. Вспоминая этого мужчину и читая с экрана телефона Фелисити слово «сладкая», по коже пробежали неприятные мурашки.
Я снова содрогнулась и отпихнула от себя телефон.
- Убери. Сразу начинает мутить от одного только упоминания, – сморщилась я.
- А нечего было вливать в себя все и сразу!
- Нечего было мозг отключать и превращаться в любленный овощ!
Несмотря на повышающийся градус дискуссии, мы продолжали разговаривать шепотом. Или скорее это было шипением двух змей. И в этот момент мне на глаза как раз попалось в книге изображение Медузы.
Иронично.
- Вы закончили обсуждать свои ночные похождения или нет? – тихо взвыл Тимоти.
Я совсем забыла о его присутствии. Он всегда умело становился невидимым, когда надо и не надо. И вот снова я совсем забыла, что сегодня в библиотеку мы пришли втроем. И каждый мучился над предметом Карсена.
- Прости, – в унисон прошептали мы.
Тимоти закатил глаза и снова склонился над старой книгой. Ее переплет уже был изношен временем. Страницы были желтыми и засаленными. И написанный текст был выполнен чернилами и пером, а не печатной машинкой. Я удивилась. Не припоминаю, чтобы в библиотеке университета были такие древние книги и уж тем более чтобы их выдавали студентам младших курсов.