Оба тихо засмеялись.
- Мне ли не знать, – вздохнул мотоциклист.
- Ладно, проходи уже. Я всеми чешуйками и перьями ощущаю, как Валмолон снова разбушевался.
Поднявшись по ступенькам, мотоциклист похлопал по плечу Суфагиана.
- Расслабься и отдохни, я со всем разберусь. И, кстати, учитывая, где ты работаешь и на кого, мог бы уже не носить эти глупые солнечные очки.
- Думал об этом, но ты же прекрасно видел, я не всегда могу контролировать свои настоящие глаза и облик после... Сам знаешь. Да и не хочу лишний раз светиться перед людишками и неосознанно примерять их облики на себе. Мне нравится это тело. Не зря же я его собирал годами.
Мотоциклист понимающе кивнул.
- Ладно, пойду. Кому-то нужно успокоить нашу «принцессу».
- Удачи, Ворон, – вздохнул Суфагиан и натянул очки, чтобы скрыть янтарные глаза химеры с вытянутыми по вертикали зрачками.
Пройдя по коридору, который освещался сегодня обычными лампами, Ворон остановился перед металлической дверью. За ней раздавались звуки бьющегося стекла, яростного рева и треска металла и дерева. Ворон сделал глубокий вздох. Он так устал, что совершенно не хотелось объясняться перед Валмолоном. Он мог бы ничего не говорить и не отчитываться, но не стал бы подрывать авторитет вампира даже перед единственными находившимися под сводами клуба химерой и человеком. Да и избежать объяснений все равно бы не получилось, поэтому Ворон уверенно вошел в большое помещение клуба.
Без посетителей оно казалось масштабнее. Светодиодный экран был выключен и висел по центру стены как черный бездонный квадрат. Он был единственным, что не пострадало от гнева вампира. Пульт ди-джея искрил. В него бросили несколько столов, остатки и осколки которых лежали повсюду.
Ворон огляделся и осознал, что от клуба мало что осталось. По всюду были раскиданы диванчики, стулья, аппаратура. Несколько прожекторов висели на поврежденных кабелях и крепления, вырванные из потолка. Осколками усыпаны все, а на стеклянном танцполе не осталось живого места.
Ворон успел в последнюю секунду обратиться в черный туман, когда прямо через него пролетела бутылка «Мартини». Она разбилась об стену и окатила его брызгами и осколками.
- Где тебя носило?! Ты хоть представляешь, что происходит на границе миров?! Сколько возмущения я выслушал с той стороны! Почему ты допустил, чтобы инквизиция подобралась так близко к порталу?!
Валмолон встал по центру зала в полном вампирском обличие. Его глаза налились кровью и метали искры ярости. Кожа переливалась серебром. Сквозь нее проглядывались темные вены, по которым текла черная кровь. А с клыков капала свежая алая кровь человека.
Ворон спокойно принял человеческий облик и спустился по ступенькам.
- Больше шума, чем ущерба, – спокойно ответил он. – Я закрыл портал до того, как инквизиция появилась на месте.
Легкая вибрация в воздухе заставила его обратить внимание на бар. Бармен выглянул из стойки и облегченно вздохнул. Ворон усмехнулся и кинул ему клич. Парень отреагировал мгновенно и буднично принялся делать коктейли.
- Ты так спокоен, – процедил сквозь зубы Вал, не спуская с друга глаз. – Тебя совсем не волнует, что инквизиция подбирается все ближе к нашему миру?
- Абсолютно нет. И если уж кому предъявлять претензии, так это к оборотням. Среди них большинство нарушителей закона о секретности.
- Да, но это не значит, что нужно оставлять их без внимания и допускать, чтобы инквизиторы подбирались к нам так близко как сегодня!
Ворон пожал плечами.
- Оборотней навалом. Одним больше, одним меньше. Инквизиция нам даже услугу оказала, убив еще одного торгаша нелегальными порталами. Я уже устал подтирать зад за оборотнями. Так что даже не против, если мне помогут немного в охоте на них.
- Кем бы не был погибший, он был Иным. Хорошо хоть его тело успел «растворить» Ищейка.
- Которого ты послал проследить за мной? – усмехнулся Ворон.
- И правильно сделал!
Ворон прошел мимо вампира и, стряхнув осколки, сел на единственный уцелевший диван. Он облокотился на спинку и, откинув голову назад, устало вздохнул. Ночка только началась, а уже удалась на славу.